— Судя по всему, среди адептов нужно будет завести небольшой отряд лёгких и гибких ребят, чтобы можно было осматривать труднодоступные места. Лучше всего — стрелков. Потому что правильно размещённый стрелок с нарезным мушкетом или фузеей способен на многое.

— Я понял тебя, Государь, — с уважением совершив полупоклон, произнёс командир отряда. — Я сообщу генерал-командору твоё распоряжение.

— Да, пусть завтра придёт ко мне со своими соображениями на этот счёт. Возможно, это будут даже два отдельных отряда. Отдельно — меткие стрелки, отдельно — бойцы для контроля труднодоступных мест.

— Конечно, — вновь кивнул командир отряда.

— Эй, малышка! — крикнул Иоанн дочери. — Из-за тебя чуть не погиб брат. Ничего не хочешь мне сказать?

— Прости, пап… — пискнула Софья.

— Слезай! — сурово гаркнул он.

— Да-да, — пропищала она и стала ловко «перебирать лапками», словно заправская обезьянка, карабкаясь вниз по лесам.

— Вот видишь, — указал он командиру адептов Сердца, — нужно найти ребят, которые смогут так же. По лесам строительным. По горам. По домам. По деревьям. Где угодно, как угодно, куда угодно. Причём быстро и тихо.

— Я понял, Государь. Это действительно впечатляет. Не думал, что твоя дочь так ловка.

— А ты полагаешь, я думал? — задал риторический вопрос Иоанн. А потом обратился к уже спустившейся Софье: — Вы же оставались с мамой.

— С Евой.

— С мамой Евой. И почему вы здесь?

— Мы играем в прятки, — лукаво улыбнувшись, заявила девочка.

— Здесь⁈ — удивился Иоанн. — А где мама?

— Ну… она в особняке. Мы там начали играть.

— Ты понимаешь, что натворила? — строго спросил отец. — Она там уже, наверное, с ума сошла, потеряв вас.

— Пап…

— Что «пап»? Раз такую глупость учудишь. Два. Три. А потом вас на самом деле похитят. И никто вас искать не будет. Ведь ты играешь. Мало ли, опять сбежала и спряталась? А ведь ещё несколько лет, и тебя можно будет выдавать замуж. Ты что, дурёха, так жаждешь оказаться в гареме султана или какого-нибудь шейха? Ты хоть понимаешь, что можешь оказаться рабыней? Девкой для утех? Ведь, если ты не станешь покладисто ублажать своего хозяина, он тебя продаст в солдатский бордель. Такой ты себе судьбы ищешь? Не отводи глаза! Я прекрасно знаю, что ты ведаешь, что сие значит и к чему оно.

— Папа! — вскинулась Софья, вспыхнув.

— И это не говоря о том, что ты сейчас чуть было не убила родного брата, который на минуточку наследник престола. И если бы я его не поймал, то он бы сейчас лежал на полу мёртвым. В луже собственной крови с проломленным черепом. Ты понимаешь?

— Да, папа, — сжавшись в комочек, прошептала она.