А ту шерсть, что Иоанн получал от степняков, пускали на переработку лёгкой промышленности Руси. Ведь он сумел скооперироваться со многими знатными семьями Нидерландов, и они к лету 1481 года уже начали переводить своё производство на Русь. Пойдя даже дальше, чем Иоанн планировал, и переезжая к нему целыми ремесленными семействами. Так что с производством сукна и шерстяных тканей дела на Руси налаживались. Причём семимильными шагами. И кочевники в этом деле играли архиважную роль, из-за чего экспансия Руси на юг — в зону чернозёма — была крайне сильно ограничена[2]. И избыток населения в перспективе двадцать-тридцать лет ему будет просто некуда девать. Ведь ресурсов для внутренней колонизации не так много. А урожайность средней полосы и севера, даже при прогрессивном хозяйствовании, не очень высокая.

В какой-то мере ситуацию спасала торговля с Молдавией, откуда поступало много продовольствия. Но это опасная стратегия. Османская империя в любой момент могла перекрыть этот «горшочек», и он перестал бы варить. Или какая-то другая страна. Так что допускать ситуацию, при которой страна начинает перегреваться из-за избытка населения, король не считал разумным. Сытого и занятого делом населения, разумеется.

Чтобы этого избежать, требовалось куда-то расширяться, занимая новые земли, то есть найти каналы по спуску пара.

А куда его пускать?

Какую-то ёмкость имел Крым. Но очень небольшую из-за слабого обеспечения питьевой водой. Какую-то ёмкость — поймы Волги, Дона и Днепра. Но там тоже сильно много людей не поселишь.

Север?

Интересное направление. Но не при текущем уровне развития транспорта и логистики. Без железных дорог он был в целом мало полезен. Во всяком случае, как инструмент утилизации избытка населения. Продовольствия своего там, считай, что и нет. Нужно всё везти. А это дорого. Очень дорого. Причём это продовольствие нужно ещё где-то выращивать. Так что север годился только для создания сети малых промысловых баз, добычи соли и организации факторий по скупке у местного населения меха и прочих даров природы.

Сибирь?

Ещё хуже. Огромные расстояния и отсутствие удобных для логистики водных путей делали этот регион «чёрной дырой».

От Москвы до какой-нибудь Тюмени на подводах доставить продовольствие будет стоить в три-четыре сотни раз дороже, чем от Риги до… ну, допустим, Кубы парусным кораблём, из-за чего какая-либо внятная хозяйственная деятельность в тех краях могла быть возможна только на местных ресурсах.

Крайне скудных ресурсах, которых не хватит ровным счётом ни для чего дельного. А значит, до появления железных дорог Сибирь — чёрная дыра, в которую будут утекать бюджетные средства в огромных количествах. Или место для ссылки осуждённых. Даже золотые рудники Сибири из-за проблем с логистикой и продовольственным обеспечением в начале XIX века давали доходов едва ли больше, чем обычный доходный дом[3] в Санкт-Петербурге.