— Отец! Хватит меня позорить! — гневно выдохнул Лука и неожиданно ударил кулаком по столу. Аж фужеры подпрыгнули.

— Дык, мужские халаты закончились. Вы их все и расхватали. Вот я и надел что под руку попалось. Чего стесняться-то? Мы же одна семья… — тут его взор упал на меня, и он выдохнул: — Ого, мастер смерти!

— Знакомься, папенька, это Андрей, — представил меня семинарист, попутно виновато глянув на потолок, украшенный потрескавшейся лепниной. Парень будто мысленно просил прощения у бога за то, что поддался гневу.

— Анатолий Юльевич Кантов, маг девятой ступени, — по всей форме отрекомендовался мужчина и уселся за стол. — А вы ведь тот самый Андрей, что у Ильи Макаровича проживает? Доводилось мне о вас слышать. Воспоминания к вам так и не вернулись?

— К сожалению, нет, сударь.

— Папенька, а где сестрица моя? — спросил Лука, хмуря брови.

— У сударыни де Анжуй. Акулина обещалась вернуться поздно, но нет причин для волнения. Кучер семьи де Анжуй доставит её прямо к дверям нашего дома, — беззаботно проговорил Анатолий Юльевич, довольно умело ухнул в транс, создал на ладошке магический туман и швырнул его в бутылку с вином. Магия окружила стеклянную тару и послушно, будто собачонка, потащила её по столу к хозяину. Телекинез? Да, что-то вроде него.

— Папенька! — резко выдохнул семинарист, словно выстрелил из револьвера.

Старший Кантов содрогнулся всем телом и мигом вывалился из транса. А бутылка вина резко замерла, не добравшись до мужчины. Он глянул на неё, дёрнул кадыком и печально-печально вздохнул.

— А вот, кажется, и Акулина! — звонко выдал Лаврентий, первым заслышавший цокот копыт, приближающийся к дому.

— Да, она, — кивнул Лука, выглянув в окно. — Пойду, встречу её.

Семинарист удалился, а вернулся он уже не один. Рядом с ним шла миленькая, хрупкая рыжеволосая девушка лет семнадцати.

Она скромно опустила характерные для их семейства синие глаза и прошелестела робким голоском:

— Доброго вечера, судари.

Мы все с ней поздоровались, после чего она присела на краешек стула и одной рукой расправила складки коричневого платья со стоячим белым воротником и кружевными манжетами. А потом девица положила на стол новенький томик с названием «Сборник стихов Александра Платоновича Грибова».

Хм, а ей не чуждо прекрасное, как не чужды и манеры. Она ничего не сказала по поводу того, что все мужчины облачены в халаты, а её батя вообще сидит в женском халате. Кажется, она уже привыкла к выкрутасам своего отца. А тот, видимо, был человеком прогрессивным. Он не отправил дочь прочь, а позволил ей находиться среди мужчин и слушать наши разговоры. А разговор пошёл о Петровых…