«Поздно тебе, Надька. Всё поздно». Так и вертелись в голове материны слова. Ну поздно так поздно, что ж теперь.

Наверное, я тут так и помру. И квартира достанется проклятым Меньщиковым. Надеюсь, Тёмка всё так не оставит. Будет ему первое судебное дело, капитально сложное. Практика, так сказать.

Помереть мне не дали. Я услышала настойчивый звонок в дверь. Врача я не вызывала, а Машка меня не предупредила, что кого-то ждёт. Поэтому, я даже не пошевелюсь.

Но звонок разрывался так долго и так яростно, что у меня ещё сильнее разболелась голова. Хотя, казалось бы, куда уж сильнее?

Я сползла с дивана, на котором временно жила у Маши в гостиной. Села прямо на полу, попыталась встать. Голова кружилась неимоверно и страшно мутило. В таком состоянии я не то что работать, я жить не могу. А у меня впереди суды. Нет, я так просто не сдамся.

– Кто там? – Ох, а горло-то обожгло огнём! Пока молчала, не чувствовала ничего, а как рот открыла, так меня опалило, словно кислотой. Ещё и охрипла, басом разговариваю.

– Надя, открой, это Сергей.

Что?! Это как так?!

– Я тебя искал. Твоя подруга Маша сказала, что ты заболела и дала адрес.

Ах, Маша. Ну и Маша! Получит она у меня!

– А зачем искал?

– Телефон твой забыл взять, совсем одичал, – засмеялся он по ту сторону двери. – Надь, открой, я врача вызвал.

У меня не было сил сопротивляться. Врача действительно надо бы, потому что я чувствовала, что с таким жаром отлетаю в какую-то другую реальность. Я доползла до двери и открыла Машкиным запасным комплектом ключей.

Сергей стоял на пороге с букетом садовых роз, без упаковки, а то, что они садовые это я почему-то сразу поняла. На импортные не похожи, да и у Галки похожие растут, может, она с ним и поделилась черенками, а может и он с ней. Стебли только были аккуратно завёрнуты в крафт-бумагу, чтобы не уколоться. В другой руке у Сергея был здоровенный пакет, из которого верхом торчала пачка куриных ножек.

– Ой, – только и сказала я и тут же закашлялась. – Я ж тебя заражу!

– А я не боюсь, – с мальчишеской самоуверенностью и неизменной солнечной Сергей шагнул в квартиру и закрыл за собой дверь.

Я с замиранием сердца наблюдала, как Сергей разгружает пакет: на столе оказались пачка куриных ножек, картошка, лук, вермишель, хлеб, масло, какие-то ароматные булочки из пекарни, фрукты…

– Где тут у вас кастрюли, дамы? – он по-хозяйски распахнул нижний шкафчик и сразу же попал, куда надо. Пятилитровая кастрюля мгновенно наполнилась водой и встала на плиту. – А ты, Надежда, приляг. Вот тебе апельсин.

Он положил передо мной фрукт, который ловко очистил прямо руками. Я даже залюбовалась, как ловко он его разделал, сильный какой. Ручищи какие… Он куриные окорочка вынул из пачки, о боги, ПОМЫЛ без напоминаний, что всё надо мыть, ножом ловко кожу снял, чтобы лишнего жира не было в бульоне. Это мне всё снится, у меня бред от температуры, такого не бывает.