Я наклоняюсь, касаюсь виском плеча мужа, вдыхая его запах – лёгкий, древесно-цитрусовый, смешанный с ароматом нашего кофе.
Боже… рядом с Димой я чувствую себя самой счастливой женщиной на свете!
Ещё раз жадно вдыхаю его аромат и на мгновение прикрываю глаза, чтобы насладиться этим моментом.
Аккуратный пучок на моей макушке уже растрепался, и несколько тёмных прядей выбились из него, обрамляя моё лицо. Я осторожно заправляю волосы за ухо.
- Смотри, отважный капитан ведёт свой корабль, – тихо говорю я, кивая в сторону Бори.
- Ага, а первая помощница уже готова его захватить, – ухмыляется Дима, наблюдая, как Василиса пытается отобрать у брата маленький чемодан.
Мы смеёмся… и вдруг этот смех, лёгкий и беззаботный, ломается, а наш хрупкий мир рушится.
Знакомый голос, низкий, с бархатной хрипотцой, что навсегда врезалась в память, царапает слух:
- Денис, не убегай далеко.
Мы с Димой замираем одновременно. Словно по команде, наши головы поворачиваются на этот голос.
Макс.
Он стоит в нескольких метрах от нас, и картина, которую я вижу, на мгновение лишает меня дара речи.
На одной руке моего бывшего мужа сидит маленькая девочка примерно полутора или двух лет в коротком белом платьице. На голове у неё панамка, из-под которой выбиваются короткие светлые кудри. Её большие, серо-голубые глаза с любопытством оглядывают всё вокруг… а я понимаю, что она очень похожа на Ольгу.
Другой рукой Макс держит за плечо рослого мальчугана лет семи-восьми с чёрными, как смоль, волосами и тёмными, серьёзными глазами. В его чертах лица я без труда узнаю Максима – значит, это его сын Денис.
Мы с Димой молчим. Я чувствую, как пальцы мужа неосознанно сильнее сжимают мои… и в этот момент Макс поворачивает голову, и его взгляд медленно, будто в замедленной съёмке, скользит по залу и находит нас.
Бывший муж останавливается. Его лицо становится серьёзным, непроницаемым.
Я непроизвольно начинаю рассматривать его.
Плечи, и раньше широкие, сейчас напряжены и кажутся ещё массивнее. В чёрных волосах Макса я замечаю первые нити седины.
Я много лет не видела бывшего мужа. После того как Максим пришёл в себя в больнице, я больше не переступала порог его палаты. Да, возможно, это было жестоко, но я не хотела давать ему ни капли ложной надежды. К тому моменту я уже точно решила, что между нами всё кончено.
Конечно, я не теряла связи с врачом Максима и знала, что восстановление шло тяжело, но постепенно Макс справился. От сиделки я также получала некоторые новости, и как-то она обмолвилась, что Ольга много времени проводила с Максимом, ухаживала за ним.