- Ванная находится за этой дверью. Гардероб направо. Всё необходимое для Вас уже приготовлено, - её голос звучит, как запись автоответчика, и я остро чувствую неприязнь, исходящую от женщины.
Почему она так ненавидит меня?
Анна довольно быстро уходит, и я, как только дверь за ней с тихим щелчком закрывается, сразу бросаюсь к окну… и с горьким разочарованием отшатываюсь – там металлическая решётка.
Боже… мне не сбежать отсюда!
В отчаянии падаю на кровать и сворачиваюсь калачиком. На глазах появляются злые слёзы, и я их быстро смахиваю рукой, а потом с силой бью кулаком по мягкому матрацу.
Чёрт! Вот же чёрт!
Неподвижно лежу несколько минут, уставившись в кованые чёрные прутья, и на меня вдруг наваливается такая апатия… глаза закрываются сами – тело просто отключается, спасаясь от боли… а потом я слышу крик… ещё один… и быстро спрыгиваю с кровати.
Прислушиваюсь и понимаю, что звук идёт снизу.
Выскальзываю из комнаты, пробегаю по коридору… и застываю на мраморных ступенях.
Все звуки глохнут, только моё сердце шабаркает с силой о рёбра, а я застывшим взглядом смотрю на малыша, жующего свой кулачок на руках Ольги…
Глава 23.
* Саша *
Воздух выбивает из лёгких, когда я смотрю на их сына.
Малыш на руках Ольги заходится в громком плаче, его маленькое личико краснеет, крошечные кулачки судорожно сжимаются… и моё сердце бешено бьётся о рёбра в груди…
Это мог быть наш ребёнок.
Безжалостная мысль бьёт под дых. В животе мгновенно растекается ледяная пустота, замораживая меня изнутри, вот только боль и отчаяние невозможно заморозить.
Тяжело признавать, что Макс не хотел детей от меня. Уговаривал подождать, говорил о карьере, о путешествиях, о свободе... А с ней – захотел. Уверена, с Ольгой он не вёл таких разговоров.
Смотрю на их сына и внутри меня что-то ломается, и я понимаю - вот она – жирная черта, та грань, за которой не может быть уже ничего – нет никакого шанса на будущее.
Я понимаю это только сейчас.
Не тогда, когда я увидела их вместе в ресторане. Не когда Артур приставил пистолет к моему виску и требовал сделать выбор.
Сейчас.
Когда передо мной – живое доказательство его предательства… их сын.
- Ты променял маму на эту... эту тварь?! – голос Ольги ввинчивается в моё сознание. Она кричит и задыхается от ярости. Её глаза полыхают ненавистью ко мне… и вдруг одно молниеносное движение справа, и она затихает.
Звук пощечины оглушает нас всех.
На мгновение всё затихает. Ольга хватает ртом воздух, прижимая руку к покрасневшей щеке.
- Не твоё дело, с кем я сплю! – голос Артура раздаётся в этой тишине резко, остро, будто удар хлыста вспарывает воздух, - ты хотела Максима?! Я тебе его дал!