Мы целуемся так, словно это наш первый и последний поцелуй. Так, словно хотим наверстать все потерянные годы, все несказанные слова, все недосказанные чувства.
Это поцелуй-взрыв. Поцелуй-освобождение.
Он сжигает дотла все мои страхи, всю мою боль, все запреты в моей голове.
Я вспыхиваю. Умираю и исцеляюсь одновременно в его объятиях. Мир сужается до вкуса его губ, до запаха его кожи, до звука нашего прерывистого дыхания.
И когда мы наконец отрываемся друг от друга, чтобы перевести дух, я понимаю – точка невозврата пройдена. Жизнь разделилась на «до» и «после».
Дима смотрит на меня, его голубые глаза темны от страсти, я чувствую, как гулко и часто бьётся его сердце под моей ладонью… и вдруг он тихо произносит всего одну фразу, которая резко останавливает мой пульс и заставляет огненные мурашки рассыпаться по коже:
- Выходи за меня, Саш…
Глава 41.
* Дима *
Её дыхание смешивается с моим. Наэлекролизованный воздух трещит между нами, вспыхивает искрами, током проходит по коже.
Волнуюсь, как зелёный пацан, и жадно вдыхаю аромат её влажных волос – сладость летнего луга и первых ромашек – родной, давно впитавшийся на подкорку, влезший под кожу аромат.
Провожу руками по её хрупким плечам и собираю раскрытыми ладонями волны её мурашек. Кожа горит от её близости.
Я давно схожу по Саше с ума. С того самого дня в универе, когда она ворвалась в нашу аудиторию, в длинном балахонистом сарафане, с разметавшимися по тонким плечам шоколадными волосами и горящими глазами, в которых плескалась весна.
Помню, я тогда выронил ручку. Макс, сидевший рядом, тупо ухмыльнулся. Он не понимал. Не видел, как земля тогда ушла у меня из-под ног, и весь мир сузился до одной этой хрупкой девчонки с карими глазами и робкой улыбкой.
Любовь с первого взгляда – это не романтика.
Это приговор. Пожизненный. Без права на помилование.
Ты будешь подыхать без неё.
Встретишь на своём пути других женщин, но видеть в них будешь лишь её.
Единственную. Родную. Любимую.
И вот она сейчас здесь. В моих руках. Её губы – мои. Её дыхание – моё. Её сердце бьётся в унисон моему, бешеному, готовому вырваться из груди… сердцу, которое давно подыхает у её ног.
Я ощущаю её вкус – сладкий, как грех, и упоительный до сумасшествия.
Чувствую, как дрожит её тело под моими ладонями. Как она пытается отстраниться – не от поцелуя, нет, а от этой силы, что рвётся из меня наружу… от моего бешеного напора… и я отпускаю её губы, но не даю ей свободы.
Лбом касаюсь её лба. Дышу её дыханием. В висках стучит кровь – густая, горячая, пропитанная годами тоски, безответной любви и бессилия что-либо изменить.