Зачем?!
Боже, зачем я это делаю?!
Я же взвою от боли сейчас…
Карие глазки внимательно рассматривают меня в ответ. Малыш улыбается, и мне становится не по себе… его носик... даже маленькая родинка на подбородке...
Боже… он так похож на Макса.
Наш… наш ребёнок мог бы так же улыбаться.
Мальчик или девочка неважно, я бы любила его…
Горло сжимается, но в глазах слёз нет.
Только пустота.
Увы, любовь не исчезает по щелчку пальцев... но момент, когда ты понимаешь – всё, это предел – ощущается сердцем.
Свою любовь к Максиму я вырву с корнем… даже если умру вместе с ней.
Обещаю себе, а внутри обливаюсь слезами – душа плачет от боли.
Холодный воздух касается голых ступней.
Инстинктивно поворачиваюсь на тихий щелчок двери и застываю как статуя.
Макс.
Он стоит на пороге бледный, с растрёпанными волосами.
Когда он поднимает голову, наши взгляды сталкиваются… и время останавливается.
В его глазах – вина.
В моих – мёртвое спокойствие и выжженная в душе пустота.
А между нами – его сын… и мы оба понимаем, что это наш конец.
- Макс, ты приехал! – голос его любовницы вырывает меня из оцепенения, и я снова начинаю дышать, понимая, что пока смотрела в наглые глаза предателя, не сделала ни одного вдоха, - полюбуйся на кого отец променял мою мать! На твою ледяную пустышку!
Глава 24.
* Саша *
- Заткнись! – поворачивается к любовнице и рычит Макс. Его громкий злой голос режет воздух, как лезвие.
Он смотрит на Ольгу так, будто готов убить её одним взглядом. Его пальцы сжимаются в кулаки, ноздри раздуваются.
Максим в ярости. Даже мне становится не по себе от той агрессии, которая волнами исходит сейчас от него.
Я не помню, чтобы за прожитые вместе годы, Макс хоть раз посмотрел на меня так… я вообще раньше не видела мужа в такой ярости… хотя за последние дни я узнала много его новых граней и ипостасей.
- Хватит, - холодно произносит Артур, - вы, кажется, забыли, что находитесь в моём доме, - мужчина нечитаемым взглядом проходится по Максу и Ольге, - забери свою семью, Максим и уезжайте, - чеканит спокойно, но в его ровном голосе плещется раскалённая сталь.
Это приказ. Не предложение.
Ольга тушуется перед отцом, а Макс поднимает глаза на меня, и в них – настоящая буря, но что мне его чувства сейчас?
Разве он обо мне подумал, когда начинал обхаживать дочь Артура?
Нервно передёргиваю плечами – противно даже просто думать об этом!
Но на моих руках сейчас их ребёнок…
Прислушиваюсь к ровному дыханию малыша, который совершенно не виноват в той дурости, которую порой творят взрослые, – кажется, он уже засыпает.
Муж, теперь уже бывший, медленно подходит ближе. Я не смотрю в его глаза, а просто осторожно передаю ему ребёнка.