— А что? — гоготнул Серый, и Рита вся сжалась. — Телка классная. Я первый!

Бритый глянул на него так, что Серый поперхнулся.

— Это он посоветовал вам ее притащить? — продолжил Кузьма, кивая в сторону Григоровича. — Ну, так это ж Коля, самый сексуально озабоченный парень в Службе. Кроме того, у него проблема: не дали…

Бритый бросил взгляд на Григоровича. Тот отшатнулся. Бритый достал из кармана цветную коробочку, извлек из нее тонкую коричневую сигару и, нервно щелкнув зажигалкой, закурил.

— А он вам объяснил, что она мне не жена, не сестра и даже не племянница? Вы что, американских боевиков насмотрелись? Ждете, что я сейчас встану на колени и буду умолять ее не трогать? Сколько вы ему денежек дали? — Кузьма кивнул в сторону Григоровича: — Наверное, много попросил, я его знаю: жадный, — Кузьма забросил ногу на ногу. — Лучше бы вы их в окно выбросили — пользы было бы больше. Колю в родной Службе и то мечтают побыстрее на пенсию выгнать…

Бритый достал из кармана маленький тупорылый пистолет и, шагнув, приставил его ко лбу Кузьмы.

— Заткнись! — прошипел яростно.

— А то ты, конечно, выстрелишь, — как ни в чем не бывало, продолжил Кузьма.

— Выстрелю! — рявкнул бритый.

— Так в чем дело? Стреляй!

Бритый зашипел так, что Рита невольно в страхе закрыла глаза.

— А что ты скажешь потом Михайловичу? — все также холодно спросил Кузьма, и Рита удивленно открыла глаза. Лицо Кузьмы было по-прежнему спокойным. — Он ведь спросит, почему вы не привезли ему чашу?

Бритый выругался и спрятал пистолет в карман. Затем сходил в угол за стулом и сел напротив Кузьмы.

— Слушай, умник! — сказал он, доставая из кармана блестящий металлический предмет. — Знаешь, что это?

— Кусачки.

— Вот именно. Сейчас я буду ими откусывать у тебя палец за пальцем. По фаланге. Начну с мизинца. Когда закончу с одним пальчиком, ты еще, может, и будешь молчать. Но когда второй…

— Хочешь, покажу фокус? — не дожидаясь окончания фразы бритого, спросил Кузьма и тут же ловко выдернул сигарку у него изо рта. — Смотри мне в глаза! — повелительным тоном приказал он и воткнул сигарку зажженным концом в тыльную сторону своей ладони. Сигарка зашипела, в комнате противно запахло паленой плотью. Рита снова прикрыла глаза.

— Ну? — услышала она требовательный голос Кузьмы и открыла их.

— Болевого рефлекса нет, — нехотя подтвердил бритый. — Ты что, психический? Не чувствуешь боли?

— Умею ее отключать, — спокойно отозвался Кузьма. — Вам Коля, что — не рассказал?

— Все равно тебе не понравится, когда мы откусим пальцы, — вяло пообещал бритый.

— Не понравится, — согласился Кузьма. — Но в таком случае вы никогда не получите чашу.