— Милый Виктор, всё в порядке? — Алёна помогает мне подняться на ноги. Девушка очень беспокоится. — Ты, это ты?
— Это он! — Андрей смотрит на меня с легким опасением. Кажется, даже иллитиду не по себе от котёнка.
— Просто принимаю помощь, — пожимаю плечами. — Маг сам пришел ко мне в сознание, и это его выбор. Для нас котенок не должен представлять опасности, по крайней мере, по договоренности.
— Да-да, я чувствую, все нормально, — напряженно отвечает Андрей. Все же он единственный, кто наблюдал наше противостояние от начала и до конца.
— И, скорее всего, в замке — проблемы. И они грозят только тем, кто тесно работал с Генрихом, — обвожу рукой стены замка. — Нам тоже нужно будет быть внимательнее.
— Что такого случилось? — спрашивает мастер Залман. — Какие еще могут быть проблемы? Он же мертв. Даже подходить не буду — отсюда вижу. — Гном кивает на высушенный труп старого мага.
— Перед смертью он начал вытягивать жизнь и энергию для своего восстановления из тех, на кого успел наложить обязательства, — рассказываю. — И восстановился довольно быстро. Внутри замка сейчас наверняка что-то происходит.
— Что например? — переспрашивает гном.
— Все обязательства сгорели, — объясняю. — И разрыв связующих нитей мог задеть всех причастных. А их, судя по моим наблюдениям, было достаточно.
— Как сгорели? — удивляется мастер Залман.
— Проще один раз увидеть, чем сто раз услышать, — усмехаюсь и обращаюсь к стихии. Огонь буквально на мгновение покрывает меня целиком, не зажигая одежду и не обжигая кожу.
— Вот так и сгорели, — улыбаюсь.
— Кажется тебя можно поздравить, — произносит Андрей, отшатываясь от языков пламени. Гном тоже на всякий случай делает шаг назад.
— Не переживайте, огонь никого из нас не зажжет, — объясняю. — Мы с ним договорились.
Пламя стекает по всему телу и концентрируется в ладони. Появляется огромный сноп огня, который не обжигает меня, но в то же время безумно опасен для всего вокруг.
Делаю легкое движение другой рукой, и пляска огня становится упорядоченной и превращается в вытянутую сферу или яйцо. Еще мгновение, и огненное яйцо разворачивается в уже знакомого маленького феникса. Кажется, впервые мы встретились в канализации после предсказания слепого пророка. Мы с Феофаном спасли птицу, и сегодня она отплатила нам тем же.
Огонь исчезает, а птица взлетает в воздух. Делает пару кругов и садится на моё плечо. Невесомая, но излучающая тепло или, точнее сказать, жар. Вполне терпимый, даже приятный. Слышу, как огонь тихонько потрескивает. По всему телу птицы проходят всполохи огня. Сам огонь не ощущается.