И сюрприз не заставил себя ждать. Рейчел Вайс, эта очаровательная стерва в ядовито-зелёном костюмчике, взяла микрофон. Её улыбка была сладкой, как сироп с мышьяком.

— Сано-сан, — пропела она. — Ваш новый проект, без сомнения, станет хитом. Но вот интересно, как вам удаётся совмещать такую сложную работу с, кхм, довольно насыщенной личной жизнью? Не отвлекает ли это от глубокого погружения в роль?

Зал затих. Все подались вперёд, как гиены, учуявшие кровь. Я мысленно хмыкнул. Приёмчик дешёвый, но всегда работает.

Йоко даже бровью не повела.

— Госпожа Вайс, я пришла сюда говорить о сериале, а не перемывать косточки моим бывшим. В роль я погружаюсь превосходно, спасибо за беспокойство. Следующий вопрос, пожалуйста.

Холодно, вежливо, смертоносно. Я видел, как тёмно-синее пламя её ауры на секунду полыхнуло от ярости, но она держала лицо. Настоящая королева. Вайс, поняв, что эту стену лбом не прошибить, лишь мило улыбнулась и незаметно кивнула своему человеку у проектора.

— Что ж, раз вы не хотите говорить… возможно, лучше будет один раз увидеть.

И в этот момент огромный экран за спиной Йоко… не ожил. Вместо этого по залу из мощных колонок разнёсся звук. Свет погас, погрузив всех в темноту, и я довольно ухмыльнулся. Понятно. Аудиозапись. Ещё лучше, ведь человеческое воображение — страшная сила, способная дорисовать куда более яркие картины. Сейчас начнётся настоящее представление.

Сначала послышался приторно-сладкий, ядовитый голосок Рейчел Вайс, завершающий какую-то фразу.

— Что ж, благодарю вас, Сано-сан. Может, и с ним у нас что-нибудь получится этой ночью…

Какой дешёвый, но действенный удар.

— Так, ну всё, хватит! — раздался в записи гневный выкрик Йоко. — Я знала, что это плохая затея. Так зачем нам эта стерва⁈

— Стерва? — в голосе Вайс послышался вызов, и, судя по шелесту одежды, она тоже встала. — Твой бывший тоже меня так называл, и нам обоим это нравилось.

— Да пошла ты!

Её голос сорвался на крик. Я почти физически ощутил, как полыхнула её тёмно-синяя аура. В записи послышался взволнованный голос Чоу, пытавшейся вмешаться, но её перебил новый приказ поп-дивы.

— Гони её прочь, Чоу! — снова воскликнула Йоко. — Чтобы ноги её не было в моём кабинете!

А потом… тихий хлопок. Сухой, короткий звук ломающегося пластика и стекла. Звук, который издаёт дорогой смартфон, когда его с силой швыряют об пол.

Запись оборвалась.

В зале повисла мёртвая тишина. А потом он взорвался. Сотни вспышек превратили полумрак в слепящий день. Журналисты орали, перебивая друг друга, словно стая голодных чаек. Йоко сидела бледная, как смерть, и смотрела в одну точку.