Радостно, что хоть что-то угадал. Но очень хотелось бы знать, в чем ошибся, это важно. Вот только беседа, похоже, подходила к концу, поскольку Хвощов, несомненно, изготовился для атаки.

— Может, обойдемся без драки? — предложил ему я. — Поверь, я тебе дело советую. Лучше посидим, лясы поточим немного, а затем я сделаю тебе достаточно выгодное предложение.

Призрак ничего мне не ответил, вместо этого он взвился под потолок, а после соколом упал вниз, метя в меня руками, выставленными перед собой. И на них, между прочим, синевой посверкивали острые когти. Неплохо Кузьма Петрович своих гвардейцев экипировал, внезапно и вдруг у покойников такие не отрастают. Выходит, колдун изрядно разбирается в посмертном бытие, что скверно.

Само собой, ждать того момента, когда мне вспорют глотку, я и не подумал. Постоянное движение — вот основа победы в стычке с призраком, каким бы он сильным ни оказался. Не менее важны и другие аспекты. Никогда не следует затягивать поединок и ни в коем случае нельзя поддаваться чувству жалости. Нарушил эти правила — жди неприятностей.

Я увернулся от свистнувших над ухом когтей раз, другой, а на третий, когда бывший хозяин дома в неизбывной злобе взвыл, что твоя собака, уловил момент и схватил его за запястья.

— Говори, где Кузьму искать! — заорал я на него, сжимая руки и не без удовольствия замечая, как по конечностям призрака побежали красные прожилки. Какой бы силой колдун их ни накачал, но некоторые аспекты небытия остались теми же, что и были. Жидковат против меня этот дух, не набрал он заупокойной мощи, которою стоит опасаться всерьез. — Говори, тогда я тебе посмертие получше обеспечу!

— Пошел ты! — заходясь в злобе, прорычал Хвощов. — Сейчас освобожусь и тебя… Ааааа! Больно! Мне больно!

А ты чего хотел? Привык, что ни холода, ни страха, ни боли в твоем новом мире нет, а тут раз — и сюрприз такой свалился на голову!

— Говори, где его искать! — приказал я. — И боль уйдет, слово даю!

— Он сам тебя найдет, — лязгая зубами, просипел Леонид Леонидович. — Мы все связаны! Он узнает — и тебя на куски, на лоскуты, на лохмотья! Ыыыыаааа! Нет! Не хочу! Не хочу умирать!

Он забился в моих руках, малиновое пламя протекло через руки внутрь, в его призрачную утробу.

— Скажу! Все скажууууу!

Да, блин! Чего ж ты дотянул до точки невозврата, а? Раньше надо было соглашаться, а теперь все, теперь я ничего не смогу изменить, даже если очень захочу.

Ладно, хоть дополнительный клок шерсти с этой паршивой овцы состригу напоследок.

— Морана, эта жертва тебе! — рявкнул я и потише добавил: — Забирай, если надо.