— Я не гуль и не мавка, чад неразумных в свои сети не ловлю, — качнула головой Мара. — Если только мать их мне сама не отдаст.

— И такое бывает? — удивился я. — Однако!

— Умирать никто не хочет, — равнодушно пояснила гостья. — Мне — детская душа доброй волей, ей — пять-семь лишних лет жизни. Правда, такого торга давно уже у меня не случалось, уж и не помню сколько столетий. Забыли люди о том, что так можно себе немного жизни купить. И многое другое тоже запамятовали.

Вот и очень хорошо, что широкие массы о подобном не в курсе. Нравы чем дальше, тем больше склоняются не в лучшую сторону, моральные принципы тоже из моды один за другим выходят. Потому я железобетонно уверен: желающих заключить с мелкой пакостью, стоящей напротив меня, эдакую сделку найдется множество. Как бы это печально ни звучало.

— Ладно, частности. — Я стряхнул пепел с сигареты. — Ты передай своей хозяйке…

— Я ничего ей не могу передать, — перебила меня Мара. — Она снова задремала. Тебя не стало, потому туда, где она живет, вернулись темнота и тишина. А когда дома тихо и темно, что остается делать? Только спать.

— Может, оно к лучшему? — проворковал я вкрадчиво. — Пусть и дальше спит. Вот ты рассуди, малая, чем плохо? Она там одна-одинешенька живет, дом у нее покосился, мост сломан, за рекой Смородиной туман этот жуткий вечно ползает. Ты его видела? Жуть. Стивен Кинг и сыновья. Опять же, вайфая нет, онлайн-кинотеатров, как следствие, тоже, доставка продуктов отсутствует. Разве это жизнь? Это же даже существованием не назовешь.

— Не тебе решать, ведьмак, каково бывать нашей госпоже, — резко заявила девчушка. — И не мне.

— Твоей, — поправил ее я.

— Что?

— Твоей госпоже. И вообще как-то свыкнись с мыслью о том, что я немного поменял приоритеты за прошедшее время.

— Чего поменял?

— Приоритеты. Ну, кто сверху, кто снизу, кто сбоку, кто вообще не с нами.

— И с кем же я? — Мара раздвинула губы в улыбке, показав мне меленькие, но зато очень острые зубки.

— С кем ты — не знаю. А вот я тебе точно не враг. Более того, хочу вот что спросить: случись так, что мне понадобится твоя помощь, то ты откликнешься на зов? На возмездной основе, разумеется. В смысле, за все будет заплачено сполна. А то и с лихвой.

— За мной должок остался, так что приду.

— Не о долге речь, — покачал головой я и затушил сигарету в пепельнице, которая так и стояла тут, на балконе, с позатого года. — Раньше мы с тобой работали по инициативе, так сказать, сверху. Вернее, снизу, Навь ведь там, надо полагать. Цепочка другая: ты, я, а между нами Морана. Она давала добро на то, чтобы ты помогала мне. А сейчас я говорю о сотрудничестве без посредников. Зачем они нужны? Нет, случись что глобальное, затрагивающее интересы твоей госпожи, то все действия только с ее санкции. Но есть ведь штатные ситуации, типовые. Кого-то припугнуть, кого-то проучить. Ну, помнишь, как тогда? Но так, чтобы об этом знали только я и ты. Обещаю, расчет произведу честь по чести.