Вполне может быть, что ранения Хана никакого отношения к воронам не имеют, а я тут сейчас напридумывал черти знает чего.
Только вот случайностей опять выходило что-то многовато.
Я поднялся, убрал лишнее в хранилище, проверил, как закрыт кокон. Хана пристроил на луку седла, на его привычное место.
Пока возился, день вокруг заметно изменился. Сначала показалось, что глаза после пещеры чудят и к свету все не привыкнут. Но нет, небо над предгорьями явно почернело, ветер, до того резкий, но терпимый, вдруг стал усиливаться, неся с собой все больше снега.
Сапсан вскинул морду и глухо заржал.
— Вижу, — сказал я. — Мне тоже не нравится.
С дальнего склона сорвало белую шапку. Она с нарастающим шумом пошла вниз, расползаясь меж камней. Сначала медленно, потом все быстрее. В воздухе закружила мелкая ледяная крупа, стегая по открытым участкам кожи.
Твою ж…
Если буря накроет меня здесь, в предгорьях, одному, с раненым Ханом и без нормального укрытия будет тяжко. Дорогу переметет за какие-нибудь полчаса. Потом ищи направление по памяти и молись, чтобы Сапсан, не дай Бог, ногу не подвернул.
Попону с мерина снимать не стал, пущай остается, теплее будет. Я накинул бурку на плечи, проверил подпругу и вскочил в седло.
На мгновение обернулся к расщелине и кивнул ей, словно прощаясь с оставшимся внутри «охранником».
Много вопросов, а ответов, как всегда, с гулькин хрен.
Снег бил в лицо все сильнее, норовя сорвать башлык и бурку.
— Но, родимый! — скомандовал я, направляя Сапсана вниз по склону.
Мерин пошел осторожно, а я пригнулся, прикрывая кокон с Ханом телом. Старался держать направление к станице.
Даст Бог, успею вернуться, пока не жахнул настоящий буран…
Глава 16 Снежная буря
Ветер разошелся не на шутку. Сначала просто подталкивал в спину, сыпал колючим снегом в лицо и заставлял Сапсана чаще мотать головой. Потом стало хуже.
Снег повалил стеной, забивался в глаза, лез под башлык, набивался во все щели. Мир вокруг сузился до пары шагов перед мордой Сапсана.
— Твою ж дивизию… — выдохнул я и тут же закашлялся.
На кокон Хана от греха накинул старый полушубок, что был у меня в хранилище. Похоже, птица сейчас лежала без сознания в своем «кабинете», но на таком ветру проверять было безумием. Для раненого сокола это могло закончиться плохо.
Сапсан шел осторожно. Видел тоже худо и копытом щупал каждый камень перед собой. Только дорога, по которой мы сюда добрались, исчезала прямо на глазах. Еще немного, и разглядеть хоть что-то стало бы невозможно.
Очередным порывом меня чуть не выкинуло из седла. Мерин шарахнулся, поскользнулся, но удержался.