Следующие два дня прошли в хозяйственных делах. Снаряжение перебирали, оружие чистили, лошадей перековали. Да и по дому накопилось немало. Оба дня перед сном я едва сапоги стаскивал.
Разговор про иногородних засел у меня в голове и никак не отпускал. Вот и решил прокатиться один, глянуть, может, познакомиться. Заодно на обратном пути к Турову заскочу. Да и в дороге хотелось немного одному побыть, признаться. После возвращения покоя почти не было. Сплошное вавилонское столпотворение.
Поехал в этот раз на Сапсане, который был этому безмерно рад. Хотя при нашей первой встрече после расставания фыркал на меня так, будто выговаривал свое «фи» за то, что не брал его в поход.
От выселков Турова я повернул дальше, к балке, и уже скоро издали увидел дымки от печных труб. Не меньше десятка.
Хаты, конечно, у них отличаются от станичных. У нас ведь двор ко двору, плетни высокие опят же, добротные ворота и много чего еще. А тут сразу видно, что приехали они из дальних краев.
Да и достроиться толком не успели. Хаты свежие, еще не просохшие, а время для стройки выбрали худое. Им бы хоть на месяц, а то и два пораньше успеть. Сейчас ведь уже октябрьские дожди да холод. Саману-то надо успеть высохнуть до зимы. Вот они и стараются изо всех сил: в двух местах спешно крыши застилают соломой.
Я проехал мимо недостроенного дома, как вдруг услышал доносившуюся из-за поворота бранную ругань. И крики такие, словно кто-то кого-то тут убивать собрался.
Глава 7 Знакомство с иногородними
В следующий момент я увидел, как два мужика-лапотника машут кулаками прямо посреди дороги. Оба были навеселе, причем поддали, судя по всему, знатно. Один, широкомордый, с рыжей бородой, сильно щурился. Под глазом у него распухал фингал. У второго была рассечена губа, кровь уже измазала бороду и ворот рубахи.
Но расходиться эти орлы явно не собирались. Рыжий широко замахнулся, второй увернулся, споткнулся о собственную ногу, едва не сев при этом в грязь, но все-таки ткнул противника куда-то в плечо.
Мой мерин Сапсан недовольно фыркнул. Я придержал его на расстоянии, лезть в пьяную драку не стал, конечно же. Откуда ж мне ведомо, кто тут прав, кто виноват, хотя по пьяни это не особо-то и важно.
Мужики тем временем снова сцепились, потолкались и наконец разошлись в стороны, тяжело дыша. Стояли, согнувшись, уперли руки в колени, и хватали воздух ртами, как рыбы на берегу. Перегар от них шибал даже на изрядном расстоянии.
— Здорово дневали, богатыри, — сказал я. — Гляжу, у вас тут веселье в самом разгаре.
Оба медленно повернули ко мне головы. Рыжий моргнул, пытаясь сфокусироваться здоровым глазом. Второй сплюнул кровь рассеченным ртом и сощурился с подозрением.