Он допил чай, сполоснул кружку и вышел в котельный зал. Слесарей, как и предполагалось, уже не было. Пустая бутыль из-под самогона валялась на столе среди объедков, раздавленных помидоров, обглоданных костей и прочего мусора. Гоша громко храпел, лежа на диванчике, а дверь в котельную стояла распахнутой настежь. Покачав головой, Алексей Николаевич закрыл дверь, прибрался на столе и, растолкав напарника, оттранспортировал его наверх, на ту самую лежанку. До утра оставалось совсем немного, и он решил вздремнуть на диванчике хотя бы два-три часа, так как, сдав смену, намеревался отправиться в город.
Погоду в конце этой осени швыряло из крайности в крайность. И если с вечера был небольшой плюс, с крыш текло и капало, то к утру ударил морозец. Столбик термометра опустился до -5◦С и дорогу покрыл гололед. К счастью, новые ботинки Барского были на толстой резиновой подошве, благодаря чему на льду они демонстрировали вполне приемлемую устойчивость. Кроме того, уже подсуетились коммунальные службы, большинство тротуаров были посыпаны песочком. Так что Барский вышагивал по тротуару вполне уверенной походкой, хотя и кутался в пуховик от пронизывающего резкого ветра.
Навстречу ему тек нескончаемый людской поток. С хмурыми озабоченными лицами люди спешили на работу. Раньше, когда Алексей Николаевич возвращался с ночной сменыдомой , вид их производил на него двоякое впечатление. С одной стороны, он в чем-то сочувствовал этим несчастным. Что предстоит им? Торчать целый день в душном офисе или цехе, не выспавшимися и раздраженными. Однако другая его часть откровенно злорадствовала. Всем, кто попадался навстречу, предстоит девять часов ада, тогда как сам он свою работу уже закончил. Осталось только добраться додома , принять прохладный душ и рабочее для всех время суток провести в обители Морфея. Красота, да и только!
Теперь же, когда самого главного элемента всего этого благолепия, то естьдома , у него как раз и не было, на окружающих людей он смотрел если не с завистью, то по крайней мере без прежнего чувства превосходства. Да, им только предстоит пережить этот новый рабочий день, но вечером все они вернутся в своидома , буду сидеть в мягком кресле перед телевизором, а затем улягутся спать в чистую мягкую постель. А что ожидает его? Снова шумная котельная, снова короткий тревожный сон на грязном диванчике, снова пьяные слесаря и кочегары.
– Брр!.. – Он поёжился и ускорил шаг, отгоняя от себя эти невеселые мысли.
Жалеть себя сейчас было нельзя. Категорически нельзя! Жалость к себе делает человека слабым, а ему именно в этот смутный период его жизни требуются силы. Много сил! Как духовных, так и физических. «А вот для восполнения последних неплохо было бы немного подкрепиться, – решил Алексей Николаевич и завернул в беляшную. – Много покупать не буду, только пирожок с мясом и стакан чая. Этого вполне хватит, а ближе к обеду вернусь на базу, там уже и поем нормально, сразу на два или три талона».