— Он лично тебя встретил?

— Поджидал у ворот, — ответил Изуди. — Видимо, знал, куда и с кем поехали его дочери.

— Это-то понятно, — вздохнул я. — Ладно, разберёмся. Подбросишь к поместью? Моя лошадь отбросила копыта.

— Конечно, запрыгивай, — ван подвинулся в седле.

— Только надо поспешить. Я нашёл твоего приятеля Абари. Он рассказал много интересного.

— Да? — несколько напрягся Изуди. — И что же?

— Расскажу по пути. Надо поспешить домой.

* * *

— Настоящие джёрё⁈ — изумлённо воскликнул Изуди.

Мы мчались по ровной дороге, выехав из леса. До поместья оставалось совсем недалеко. И мне очень хотелось поскорее разобраться с контрабандой Абари. Но сам я ничего не мог сделать, да и не понимал всех тонкостей подобных дел. Джиро и Акайо должны сами с этим разобраться.

— Да, — ответил я. — Они утащили вана. Но мне удалось с ними договориться, чтобы не трогали остальных.

— Это каким способом? — усмехнулся Изуди. — Не тем ли самым, о котором говорят в народе.

— Я, конечно, польщён вниманием противоположного пола. Но с ними уж точно не согласен провести ночку. Ты хоть раз встречался с этими паучихами?

— Нет. До того, как ты рассказал о них, даже не подозревал, что они завелись в наших краях.

Лошадь принесла нас к воротам поместья минут за десять или около того. В тот момент мне даже стало её жалко. Уставшее животное опустило голову и тяжело дышало.

— Надо бы дать ей передышку, — сказал я Изуди, когда спрыгнул на землю. — Оставь у нас в конюшне, а завтра вернёшься. Можешь взять какую-нибудь другую.

— Спасибо, — кивнул ван, слезая с неё.

Мы вошли на территорию поместья, где сновала прислуга. Увидев нас, заулыбались и склонили головы.

— Работа мечты, — хмыкнул мой попутчик.

— С чего это? — переспросил я.

— Прости, Тсукико, но тебе не понять, каково живётся там, за стенами, — смущённо улыбнулся Изуди. — Здесь всё проще. Вас оберегают, о вас заботятся. А там мы выживаем. Думаешь, всё так же приносят на блюдечке?

— Совсем недавно ты говорил, что я вышел к народу. Что я не такой, как другие. А теперь намекаешь, что я один из зажравшихся толстосумов.

Ван резко остановился и поклонился.

— Прошу меня простить, Ито-сан.

Даже не знаю, что его обуревало в тот момент. Голос звучал ровно и без издёвки. Однако такая формальность мне совсем не нравилась.

— Чёрт тебя дери, Изуди, — возмутился я. — Общались же нормально. Во зачем ты опять в ноги падаешь?

— Ну, в ноги я упаду только перед тем, кто излечит мою дочь, — хмыкнул он и посмотрел на меня. — К тому же, это почтение. В конце концов, мы у тебя дома, и я должен вести себя соответственно.