— Господин Дэй, у нас нет времени! Проснитесь! — продолжал шептать нежданный гость, оказавшийся невысоким азиатом в лёгком бронекомбинезоне. Пистолет с навинченным на ствол ПБСом покоился в кобуре на его поясе.

Но это Дэй отметил уже после того как произвёл быстрый и ошеломивший жертву захват. Выкрутив руку вошедшего ему за спину, китаец провёл подсечку и уложил гостя лицом в пол.

— Кто ты? На кого работаешь⁈ Отвечай, живо!!! — прошипел Дэй, вырывая пистолет из кобуры и приставляя его к затылку своего пленника.

— Господин Дэй! — сдавленно прохрипел азиат, даже не пытаясь сопротивляться. — Я пришёл за Вами. Вытащить Вас отсюда.

— Кто послал⁈

— Друзья, господин Дэй, друзья. Наши кланы связаны давней дружбой. Поймите же, мы теряем драгоценное время…

Отпустив пленника, Дэй дал ему встать, впрочем, не опуская наведенного на него оружия.

— Кто тебя послал⁈

— Неразумно говорить подобное в таком месте. — коротко ответил гость, растирая выкрученное запястье, и, сняв со спины небольшой рюкзак, кинул его к ногам Дэя. — Там подходящая одежда. Переоденьтесь и, чёрт возьми, перестаньте уже в меня целиться! Это нервирует. Я вам не враг. Хотел бы пристрелить, сделал бы это через «глазок»!

В его словах была логика, оспаривать которую не было ни доводов, ни времени, ни желания. Замаячившая свобода служила лучшей из всех возможных мотиваций.

В рюкзаке оказался точно такой же комбинезон как на спасителе. Шедшая в комплекте к нему обувь отняла больше всего времени и только спустя несколько минут бывший узник и его освободитель вышли из камеры.

Труп коридорного надзирателя распростёрся на полу в разрастающейся луже крови. Аккуратно обступая его, чтобы не замарать подошвы ботинок, Дэй с некоторым сожалением посмотрел на остывающее тело человека, ставшего невольной и нежеланной жертвой.

— Господин Дэй, поторопитесь! Контроль над системой видеонаблюдения очень ненадёжен. Поспешите!

Отыгранная карта возвращалась в игру…

* * *

Звучно схлопнувшись, створки парадных дверей отсекли мне пути к отступлению, в мраморные плиты пола глухо бумкнул тяжёлый церемониальный посох и надреснутый бас импозантного дядьки в роскошной ливрее громогласно пророкотал в пространстве, возвещая присутствующим о прибывшем на бал госте:

— Благородный Леон из рода Хаттори, хан Забайкальский!

Спускаясь вниз по лестнице, я физически ощущал на себе неприкрытый интерес как минимум сотни различных персон. Это как проходить досмотр на таможне. Меня словно просветили рентгеном, тщательно разбирая мельчайшие детали моего внешнего вида и манеру держаться, подвергли десятку всевозможных измерений и сравнений, и даже вынесли свой вердикт. Всплеск деликатного шёпота разошёлся кругами, прорываясь даже сквозь мелодичное звучание царствовавшей в зале сонаты — появление нового человека, загадочного и таинственного иностранца, неведомым способом раздобывшего себе титул и уже успевшего зарекомендовать себя дуэлью, имело эффект брошенного в тихую заводь камня.