— Репутация клана Такэда значительно пострадала в этой, как вы выразились, бессмысленной войне. Над вами смеются, Харуки-сан. Вас считают слабым, раз вы не можете подавить сопротивление одного небольшого Свободного Рода. Так уж ли бессмысленна эта война? — ответил я, провожая непривычно спины уходящих тихих девчонок прощальным взглядом.

— Репутация — дело наживное. Будущее же есть далеко не у всех. А я предлагаю именно его. И, разумеется, окончание войны на вполне достойных условиях: мирный договор, отсутствие репараций, посильную помощь в восстановлении разрушенных…

— Вы предлагаете опозорить тысячелетнюю историю. — категорично отрезал я. — И мотивируете меня к этому двумя малолетними девочками. Самому не смешно?

— Говоря о мотивации, я имел ввиду несколько другое. — недовольно поморщился Такэда. — Гибнут люди. Возможно, что прямо сейчас, во время нашего разговора, в течение битвы за клочок земли и груду камней, что по недоразумению именуется замком. За что они гибнут? Во имя чего? Исполняя букву договора, отрабатывая уплаченные деньги, следуя зову Долга и Чести?

— Не мы начали эту войну. — с вызовом произнёс я звенящим сталью голосом. — Род Хаттори, равно как и род Маэда, равно как и прочие, не объявляли войны клану Такэда! Это вы пришли к нам с огнём и мечом, обагрив кровью и посыпав пеплом наши земли. За всё надо платить, Такэда-сан!

— Ты хочешь мести, мальчик? — вдруг сдавленно прошипел Харуки. — Твои безродные псы-наёмники забрали жизнь моего младшего сына! Хочешь ещё нашей крови⁈ Тогда я сотру тебя с лица земли, но сначала убью всех, кто тебе дорог, сопляк! Всех! Или ты недостаточно потерял на этой войне⁈ Остановись, пока ещё не поздно! Либо ты примешь моё щедрое предложение о мире и подтвердишь своё поражение пред ликом Императора, либо…

Произошедшая с ним метаморфоза меня нисколько не напугала, только утвердила в принятом перед визитом решении. Сдерживать эмоции стало практически невозможно — ненависть, ярость и жажда мщения взвыли в унисон, застилая всё багровой пеленой и взламывая оковы самоконтроля. Но пальцы вновь лишь игриво коснулись оплетённой тесьмой рукоятки двуручного меча, пробежавшись по всей её длине, частично возвращая власть над взбунтовавшимися эмоциями и насыщая сталь негативной энергией.

— До встречи на приёме у Императора, Такэда-сан. — процедил я сквозь зубы, из последних сил преодолевая страстное желание голыми руками свернуть шею своего врага. — Три дня. Через три дня я прибуду во дворец. Там вы получите мой ответ.

— Прекрасно. — кивнул он в ответ. — Девушки пока ещё воспользуются моим гостеприимством. Мотивация необходима, она остужает пыл юности и предостерегает от недальновидных поступков.