Стратег клана наконец-то дотянулся до шлема и на несколько мгновений прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Напряжение людей, ожидающих его приказов он ощущал всем своим естеством.

— Ударную группу ко мне! Всем резервам действовать по плану! За клан!!! — звенящим голосом произнёс он, оглядывая клановых офицеров. — За Такэда!

— За Такэда!!! — хором выкрикнули гвардейцы. — Смерть врагам клана!!!

* * *

Маячивший впереди громадный силуэт МД изрядно действовал на нервы командора Тарао. Неожиданное появление шагохода поставило крест на предложенном плане атаки — металлический «муравей» занял крайне выгодную позицию, тщательно ощупывая сенсорами сотни квадратных метров раскинувшегося перед ним поля с вершины небольшой возвышенности. А три десятка легких пехотинцев сопровождения тем временем уже устанавливали две переносных турели, чем окончательно переводили задачу прорыва к ставке осаждающих в разряд «невозможно».

— Тарао-сан, ещё один «Ари» приближается с юго-востока. — сказал я, вглядываясь в пасмурное небо. — Это патруль. Его маршрут довольно предсказуем из-за рельефа местности. Мы нанесём удар, когда…

— Простите, что перебиваю вас, господин, но это чистой воды самоубийство. Лобовая атака ничего не даст! Мы должны отступить и перегруппироваться, иначе наша кровь лишь напрасно обагрит эту землю. — вскинулся командир моей гвардии, подскакивая на месте и тут же поклонился, пытаясь сгладить проступок.

— Мы нанесём удар. Я и мои телохранители. Гвардия выступит только после уничтожения огневых точек и бронетехники. Вам всё понятно? — нейтральным голосом произнёс я, чуть склонил голову, принимая его извинения, и продолжил: — Ваша задача прорваться в глубину позиций, разогнать штаб и навести как можно больше шумихи. Вам будет противостоять гвардия клана Такэда. Учтите это. Асигару поддержат вас во второй фазе боя. Дальнейшее развитие событий я предсказать не берусь, действуйте по ситуации.

— Да, господин. — смиренно кивнул командир. — Разрешите мне вернуться к своим людям?

— Это и мои люди тоже, Тарао-сан. И я не поведу их на бойню. Я обещал вам исполнение Долга и только потом встречу со Смертью…

Ледяные интонации, суровый взгляд, нахмуренное лицо — всё это в исполнении семнадцатилетнего подростка — и тем не менее взрослый мужчина передо мной вздрогнул, явственно ощутив недовольство того, кому он пообещал свои жизнь и судьбу. Клятва верности роду полностью определяла его образ мыслей и поступков.

— Мы будем готовы, Хаттори-сама. Прошу меня извинить.

— Встретимся на поле боя, Тарао-сан. — ответил я и отвернулся, не желая видеть как он будет уходить.