Офицера смущало старческое лицо бредущего человека, но инструкция не делала скидок на возраст. И поэтому, когда старик в третий раз проигнорировал приказ остановиться и сложить оружие, клановец не стал размышлять и скосил его короткой очередью из автомата, даровав противнику быструю и лёгкую смерть. Его удивила только широкая и искренняя улыбка на лице смертника, отчётливо видная через прицел автомата.
Рухнув на землю, старик так и не выпустил из кулака ножны с мечом. Но другая его рука наоборот, ослабила хватку и выронила на землю небольшой пульт управления.
Короткий сигнал, полученный реакторами сваленной внутри замка останками шагающей бронетехники, запустил обратный процесс, пуская энергоустановки вразнос. И спустя всего полторы минуты замок Мацумото утонул в ослепительной вспышке зарождающейся звезды…
Так умер полковник Танака Акихиро.
* * *
— Мне нужно с тобой поговорить, Лео…
— Другого времени, ты, конечно же, не мог найти. У нас тут война, если что… — мысленно съязвил я в ответ на реплику столь не вовремя возжелавшего общения духа дедушки Хандзо. — И мы, кстати, проигрываем…
Сглазить неудачную для моих войск обстановку на поле боя было попросту невозможно. Вторая фаза наступления хоть и унесла жизни не менее чем полусотни гвардейцев в багровых доспехах с белыми ромбами на плечах и знамёнах, но и не смогла развить наш успех — противостояние перешло в фазу затяжной перестрелки и обмена стихийными ударами по площадям, а потери среди бойцов моей гвардии…
О воинах рода Хаттори сложат легенды. Они сражались против тысяч и сразили сотни, прежде чем ушли за грань.
Но каждая смерть ложилась на мою душу ещё одним камнем ответственности.
— Лео…
— О чём ты хочешь поговорить? — спросил я, устало привалившись к брустверу и прикрывая глаза. Этот нехитрый приём с недавних пор дал возможность лицезреть своего необычного собеседника. — Времени мало, давай сразу перейдем к сути.
Тьма перед глазами подёрнулась молочно-белой пеленой и преобразовалась в самурая времен эпохи Воинствующих Царств. Знакомая пластинчато-чешуйчатая броня тёмно-серых оттенков, широкополая дзингаса, отливающая металлом, ухватистое яри с длинным обоюдоострым наконечником…
И пронзительный взгляд горящих ослепительным белым светом глаз, особенно заметных в тени, отбрасываемой дзингасой на лицо моего далёкого предка.
— Впечатляюще… — завистливо буркнул я, — … так что ты хотел сказать?
— Ты переполнен ненавистью, Лео. До краёв переполнен. Ещё хоть капля — и я не смогу удержать тебя от падения во Тьму! — пафосно и многозначительно изрёк дедушка Хандзо.