— Это ваш voevoda?

— Скорее всего. Но вам-то что с этого?

В голосе переводчика проскользнули нотки снисходительного превосходства.

— О! Вы не понимаете, синьор Самойлов! У Извлекателей очень разветвленная сеть по всему миру. Но выходы на центральную организацию имеются только у купцов и адвокатов. Именно поэтому они так… их так сложно прижать. Если вы вышли на адвоката, то через него можно выйти и на купца. А купец — это все ниточки к голове! Потянув за которые…

— Я понял. Вы хотите выйти на центр?

— Для начала на европейских купцов. Но — да!

«Амбициозный следак!» — оценил коллегу Самойлов.

Я, ничего не говоря, кивнул. Амбициозный. Только нам с того что?

— Я хотел бы присоединиться к вашему расследованию, синьор Самойлов! Это очень важно для меня! Я мог бы вылететь к вам прямо сегодня!

И после долгой паузы добавил:

— Прошу!..

Мы переглянулись слегка недоуменно. Телефонный разговор зашел не совсем туда, куда мы планировали. То есть информацию кое-какую нам удалось узнать, но вот дальше… Зачем рыбе зонтик? Тут со своими проблемами разобраться бы, а не чужие решать. Ведь Беллони явно рассчитывает на помощь с нашей стороны.

Тот, видимо, правильно истолковал молчание и зачастил:

— Синьор Самойлов! Я четыре года занимаюсь Извлекателями! Четыре проклятых года! Я изучил о них все, я общался со всеми коллегами по всей Европе, я даже в Америках был, идя по следу! Синьор Самойлов! Синьор Самойлов, я вам нужен! Мне же нужно немного: если мы выйдем через адвоката на купца — отследить его связи с Европой! И все! Дальше я сам! Клянусь кровью Спасителя!

«Что думаешь? — взглянул на меня Глеб. — Такой опыт нам не помешал бы!..»

Он был готов согласиться. Он, следак, увидев коллегу из другой страны, услышав в его голосе такую страсть, уже просто не мог ему отказать. Цеховая солидарность, чтоб ее!

А я — нет! Я в первую очередь думал, куда мы приткнем этого импульсивного латинянина. А во вторую — как будем объяснять факт его появления князю и жандармам: это ведь не пройдет мимо них. Да и потом, это же не за хлебушком сходить — лететь через столько тысяч километров! Мы что, должны его ждать? Да у меня тут каждый час на счету!

— Я все равно их найду, синьор Самойлов! С вами или без вас! Я положу жизнь, но я найду этих тварей! Я не буду их брать живыми и доставлять на суд герцога. О нет! Я…

— Прилетайте, Беллони. Только поторопитесь, — выдал Глеб и отвернулся от моего возмущенного взгляда.

«Какого хрена⁈»

— Вот мой номер, запишите. Позвоните, как доберетесь, я вас встречу.

«Ты чего творишь⁈»

«Он нам нужен!»