Можно было самому поискать — и время было, и ноутбук под рукой. Но тут надо знать, что и где искать, а кто в этом лучше хакера нашего разберется? Я вон полчаса серфил и дальше новостей не продвинулся.

К тому же я понимал, что спросить Алмаз хотел иное: тебе, мол, зачем? Ты же сам боярин и княжеский родственник, вот у носителя бы и спросил!

У меня был ответ на его вопрос.

— Хочу немного теорию изучить. У княжича дар, судя по всему, просыпается, князь отмалчивается, а я беспокоюсь. Пацан весь на нервах, видения и все такое. Оно, может, так и должно быть, но сам понимаешь — хотелось бы знать.

Отца четырех дочерей этот ответ устроил. Он же не был посвящен в то, что мой двойник сам носитель царского дара и кузена своего ненавидит. Буркнув под нос «без гарантий только», он повернулся к мониторам. Я же подсел поближе, наблюдая за его работой. В таком виде нас и обнаружил Самойлов, вернувшийся спустя час.

— Чем заняты?

Я незаметно толкнул Алмаза, и тот понятливо свернул окна. Глеб на это, впрочем, даже внимания не обратил, его занимали собственные мысли.

— Время убиваем. Нашел что-нибудь?

— Кажется, нашел. Надо еще будет сверить информацию, но, скорее всего, да. Поехали, перекусим, а? Жрать охота — сил нет! Алмаз, с нами не хочешь?

Татарин отрицательно покачал головой.

— До управы подбросьте. Надо ж совесть иметь и хоть под закрытие на работе появиться!

А спустя несколько секунд, потянувшись выключать монитор, бросил:

— Стоп. А это еще кто?

Один из мониторов, тот, самый маленький и стоящий наособицу, был разделен на четыре равных квадрата. В каждом из которых показывалась статическая картинка улицы. Точнее, на трех из них в неподвижности застыли контейнеры, участки проездов, а вот в четвертом секторе медленно двигалась машина. Темная легковушка — изображение было черно-белым, и чего-либо большего разобрать было нельзя.

— На второй круг пошла, — пояснил Алмаз, падая обратно в кресло. — Ну-ка, ну-ка!..

Он застучал по клавиатуре, и изображение с четвертого квадрата переместилось на самый крупный монитор и сделалось цветным. Что сразу позволило рассмотреть цвет машины — темно-зеленый, ее тонированные наглухо стекла и подозрительно низкую скорость передвижения. Так ездят, когда ищут что-то. С одной стороны, может, я и на воду дую, и за рулем незнакомой марки авто сидит мужик, который всего-то и делает, что ищет нужный ему контейнер. А с другой, параноики, знаете ли, выживают. Тонированные стекла опять же!

— Первый раз проехала — я только отметил про себя, — продолжил говорить татарин. — А вот когда на второй объезд пошла, насторожился. Тут редко катаются, да и то в основном свои, у кого тут вроде моего гаража.