— Какие ушкиииии!

Тот шарахнулся, едва не опрокинув поддерживающих его Ингвара и Даринку.

— И глазки! Надо же, настоящий эльф! — почти умиленно выдохнула мара.

— Я не эльф! — возмутился альв. — Я даже не альв!

— А кто?

— Еврей. — как всегда с достоинством объявил Йоэль.

— С такими ушами?

— С таким носом! — отрезал Йоэль и вдруг подозрительно на нее прищурился. — А вы… ангел смерти?

— Мара я! Смертевестница! — возмутилась мара… и снова расплылась в восторженной улыбке. — Слышь, альво-еврей, дай ушки пожамкаю! Это ж не ушки, а просто… любовь!

Йоэль начал аккуратно пятиться от тянущихся к нему когтей мары, бормоча:

— А старый Гирш-то, похоже, и впрямь пророк. Казаками ругнулся — казаки, любви ангела смерти пожелал — и вот!

— Лезьте уже в автоматон, Йоэль, Митя сказал его догонять. — решительно скомандовал Ингвар.

— А… мы обязательно должны делать, что сказал Митя? — Йоэль не то чтобы спорил, просто в его голосе были некоторые сомнения.

— Он все-таки теперь Истинный князь. Всякое такое… по его части! — Ингвар широко махнул рукой, так что непонятно было, что именно «такое», но явно имелось ввиду нечто большое. Может даже — величественное.

— Истинный Князь? — хором повторили Йоэль с Даринкой, и глаза у обоих стали одинаково круглые. — Но… это же сказка! Древняя! — добавил Йоэль.

— Это альв с носом, он же еврей с ушами — сказка, а Митька — мой Истинный Князь. Я его только что… доделала. — с глубочайшим самодовольством объявила мара.

— Это когда ты… вы в него перуновыми молниями из трости стрельнули? — полюбопытствовала Даринка.

Выражение лица у мары стало… странным. То есть, еще более странным чем обычно.

— Электри… перуновым ударом Истинных Князей не делают. Им остановившееся сердце запускают. — подумал и уточнила. — Только если сразу после остановки. И если повезет.

— Перуновым ударом можно запустить сердце! — повторила восторженно слушающая эти откровения Даринка. И деловито уточнила. — И про блины кричать, да?

— Про какие бли… — начала мара и тут же выпалила. — Блин! В смысле, про блины — не обязательно! «Блин» — это… там, где я жила раньше, вроде ругательства. Приличного. Для девочек.

— У Мораны Темной ругаются блинами? — озадачилась Даринка. — Это потому, что на поминки блины пекут? Или блины пекут, потому что ими ругаются?

— Блин. — прилично выругалась мара и с места взмыла в воздух.

Йоэль больше не спорил и молча полез в автоматон. Только выражение лица у него было ошеломленное… то ли все еще пытался понять, что происходит, то ли попросту удар головой об булыжники сказывался.

— Йоська! — негромко и неуверенно окликнули вслед. — Ты куда поехал? А пауков загонять кто будет?