— Нет…

Я отшатнулся. Она рухнула в мои объятия, и её тело, ставшее хрупким рассыпалось прахом, который просочился сквозь пальцы, оставив ощущение холода.

— Стефания!

Я резко сел, вынырнув из кошмара. Сердце все еще бешено колотилось о рёбра, но разум постепенно приходил в себя. Я осмотрелся.

Низкое предзакатное солнце заливало пост густым оранжевым светом. Иляна и Лара крепко спали рядом. Сонник срубил всех. Всех, кроме одного.

Откинув одеяло, я взял меч и пошёл искать Светана. Его вахта как раз заканчивалась и начиналась моя.

Услышал его раньше, чем увидел. Это был низкий, монотонный, вибрирующий гул, похожий на пение или молитву.

Княжеский сынок сидел на дальнем краю платформы. Скрестив ноги и глядя куда-то в лес. Но его глаза были закрыты. Он медленно наклонился вперёд, изгибая позвоночник в неестественном, почти болезненном поклоне.

Это был его личный момент. Поэтому я не собирался ему мешать и повернул, чтобы уйти.

— Твоя смена, князь.

Я обернулся. Он не сменил позы, говорил, не открывая глаз.

— Не хотел прерывать.

— Я не знаю покоя, — его голос был ровным, но в нём слышалась глубокая усталость. — С тех самых пор, как узнал о скорой кончине отца.

Он выпрямился, открыл свой инвентарь и извлёк пару небрежно скрученных сигар.

— Не хочешь?

— Не курю.

— Я тоже. Почти. Но, как ты говоришь, времена опасные.

Я оглянулся на спящих — наш лагерь был спокоен. Мы сели рядом на краю платформы, свесив ноги над пропастью. Странное место для разговора по душам.

Он ловко высек искру кремнем, прикуривая сигару от огонька. Дым оказался обычным, крепким табаком, но он помогал собраться с мыслями.

— Тебе бы отдохнуть, — заметил я. — Через час выдвигаемся.

— Молитва пока заменяет отдых.

— Ты молишься богам?

— Я не молюсь богам, — он выпустил кольцо дыма, которое тут же растаяло в неподвижном воздухе. — Я молюсь этой земле. Этому миру, чтобы он позволил мне достичь цели.

— И как? Работает?

— Иногда, — усмехнулся он без всякого веселья.

— То слово, что прохрипел дикарь… Костобой. Твой человек сказал, это имя полубога. Они ему поклоняются?

Улыбка Светана исчезла. Он долго молчал, глядя в темнеющие кроны деревьев.

— В диких племенах поклоняются иным существам… Тем, что когда-то ходили по этой земле, но теперь утрачены. Их имена лучше не произносить.

— Каким существам?

— Можно назвать их древними чудовищами. Легенды гласят, что тысячи лет назад они возвышались над деревьями. Они не боги. Боги созидают. А эти… они не могут созидать. Только разрушать.

— Ты сказал «не могут», в настоящем времени. Ты что, веришь в эти древние сказки?