— С ними всё будет в порядке, — уверенно, почти зло ответила Лара. — А вот с дикарями — вряд ли, когда мы с ними закончим. Готовы?

В памяти внезапно всплыло лицо Забавы, её искажённое яростью и болью лицо, и последние слова, брошенные мне вслед:

«Верни её. И убей всё, что встанет на пути. Мужчины, женщины, иные существа — плевать. Если они преградят дорогу, руби их».

Жестокие слова, но в них была та правда, которую может понять лишь тот, кто терял близких. Забава знала цену утраты. Теперь угроза нависла над Стефанией. Моей младшей женой. Подвести её, как и любую из жён, было немыслимо.

— Поторопимся, — сказала я, выйдя из пещеры.

Иляна пошла первой, спустившись к реке бесшумно как тень. Лара последовала за ней. Я двинулся последним, инстинктивно бросив быстрый взгляд назад. Пока что всё было тихо. Никаких признаков погони.

Кроме одного. В десяти метрах позади, над самым берегом, в неподвижном воздухе парил светящийся зелёный шар.

Что за чёрт?..

Холодный пот прошиб спину. Шар был точь-в-точь как те зловещие огни из видения с дриадой. Совпадение? Или что-то невидимое следит за нами всё это время?

Я протёр глаза, но наваждение не исчезло. Сфера мягко пульсировала ровным, неземным светом, словно живое сердце. Мой взгляд замер на ней, пока шар не метнулся в сторону, вглубь леса, и не пропал из виду. Но ощущение чужого, наблюдающего присутствия осталось, неприятной занозой свербя в затылке.

— Василий? — позвала Иляна шёпотом.

— Да. Иду.

Мы двигались вдоль берега, по колено в холодной воде, чтобы не оставлять следов, пока не добрались до траншеи. Это был узкий, глубокий ров, прорезавший землю, идеальное укрытие. Под ногами хлюпала мутная, застоявшаяся вода с тошнотворным запахом гнили, а влажные стены кишели насекомыми, их монотонное жужжание создавало гнетущий фон. Но эти мелкие неудобства были ничем по сравнению с тем, что ждало снаружи. Каждый шаг напоминал, насколько мы уязвимы. Если нас обнаружат здесь, в этой естественной ловушке, — нам конец.

Звуки леса здесь, внизу, казались громче и настойчивее.

— Вам не кажется, что стало теплее? — прошептала Иляна, отмахиваясь от мошкары.

— Да, — подтвердила Лара. — Я думала, это из-за замкнутого пространства, но жара и влажность нарастают.

Я был приучен игнорировать холод и зной, сосредотачиваться только на цели, но женщины были правы. Воздух стал тяжёлым и липким, как в парилке.

Мы шли, пока звуки не стали отчётливее. Это были уже не насекомые. Знакомые, прерывистые, гортанные вопли лесных дикарей. И они приближались.

Траншея начала мелеть, и вскоре наши головы оказались на одном уровне с землёй. Пригнувшись, мы двинулись дальше, пока не увидели его. Поселение дикарей. Оно полыхало впереди, словно огромный адский пожар, разведённый посреди ночного леса. Его багровое зарево окрашивало небо и пробивалось даже сквозь густую чащу. Оранжевые и красные языки пламени дико плясали над частоколом, отбрасывая по лесу зловещие, дёрганые тени.