Секунда. Она посмотрела на нас, крепко прижав палец к губам. Затем повернулась и указала вглубь носовой части корабля.
— Там что-то есть, — прошептала Лара сдавленным голосом.
Её слух, как и у Забавы, был сверхъестественным — наследие десятка лет охоты в диких лесах.
Глава 10
Я медленно вытащил меч из ножен, стараясь избежать скрежета, который мог бы выдать наше присутствие. В таких ситуациях тишина была лучшим союзником, даже несмотря на то, что промедление опасно. Если впереди засада, придется импровизировать.
Иляна сжала покрытую синевой морозного тумана руку, Лара молча натянула тетиву лука, а я направился к небольшой комнате в задней части трюма. Дверь, покосившаяся на петлях, была единственным входом.
Кто-то ждал нас за ней — убийца или безбилетник. Кто именно трудно было сказать наверняка.
В трюме стояла глухая тишина, нарушаемая лишь скрипом моих шагов. Темнота окутывала всё вокруг, а зажигать факел было опасно. Он сразу выдаст наше присутствие.
Я решил действовать. Достав меч из-за пояса, приготовился к любому исходу. Но едва клинок блеснул в слабом свете, что-то стремительное сбило меня с ног. Удар в грудь — и я рухнул на землю, дыхание сбилось, в легких словно воздуха не стало.
Нападавший оказался у меня на груди, яростно атакуя.
Острые удары, словно когти зверя, полоснули по груди и плечам. Тупая боль прокатилась по телу, но не настолько сильная, чтобы вывести из строя.
Я рыкнул сквозь зубы и врезал нападавшему кулаком в живот. Получи! Тот резко отпрыгнул, согнувшись пополам от удара.
Но почему я сражаюсь один? Где в этот момент Лара, почему она не пустила стрелу в голову атакующего? Стоило подумать об этом, как тут же раздался ее голос.
— А ну слезь с него, мелкая пакость!
Громко выматерившись, она пнула моего нападавшего, сбив его на пол рядом со мной. Затем она с Иляной подошли ближе: тетива была натянута, а в руке Иляны мерцал шар ледяной магии. Голубое свечение озарило угол трюма, высветив нападавшего.
Сначала я ожидал встретить хорошо обученного убийцу, так как удары были сильными и быстрыми, но реальность оказалась совсем иной.
— Да ладно, — хмыкнул я, приподняв брови.
Перед нами стояла молодая девушка, на вид чуть старше двадцати, одетая в рваное клетчатое платье и старую накидку. Лохмотья ее одежды обнажали загорелую гладкую кожу, покрытую грязью и пылью.
Она выглядела истощенной, словно долгое время жила впроголодь. Невысокая — около метра шестидесяти пяти, и очень сердито смотрит на нас, сжимая живот руками.
Ее внешность была почти человеческой, если не считать трех особенностей: большие кошачьи уши, торчащие с макушки, исказившееся от ярости лицо и огромные зеленые глаза, устремленные прямо на меня.