Полюбоваться предсмертными судорогами человека, который еще мгновение назад увлеченно обсуждал, как именно меня следует резать, мне довелось сосем недолго. Увесистая дубинка палача с глухим стуком соприкоснулась с моим затылком и легко погасила сознание, словно свечной тушитель пламя фитиля. Самого удара я практически не ощутил, попросту провалившись в темноту. Однако, как оказалось, я не впал в непроглядное забытье, а очутился посреди мертвого леса собственной души, будто погрузился в медитативный транс.
Здесь я по-хозяйски прошелся вдоль непролазных дебрей из переплетений сухих ветвей, окинул взглядом угрюмый черный обелиск, а потом просто уселся на восточный манер у самого края ямы, что была сосредоточием моей Искры. Уже приготовившись к длительному ожиданию, я вдруг заметил то, чего здесь попросту не могло быть… Откуда тут появился этот крохотный желтый цветочек, упрямо пробивающийся сквозь выжженную почву у самых моих ног?
Заинтересовавшись, я наклонился поближе и принялся внимательно его рассматривать. Растение же, как будто бы почувствовав интерес к нему, слегка шевельнулось, раскрывая маленький бутон, и подалось ко мне навстречу. От осторожного прикосновения к чахлым лепесткам через меня прошел целый каскад образов, обрывочных воспоминаний и видений. И впервые за бессчетные тысячи лет на мои уста наползла искренняя, пусть и бесконечно грустная улыбка.
Здравствуй, Линнея. Никогда бы не подумал, что в моей измученной душе хоть кто-нибудь способен оставить след. Конечно же, ты не сможешь тут остаться навсегда. Но ведь пока демоническая ипостась окончательно не поглотила огрызки моей личности, у нас есть шанс просто побыть вместе? Надеюсь, твоя компания скрасит это место, и тут станет не так уныло и тоскливо, как обычно…
Глава 26
Окошко, проделанное в двери у самого пола, с пронзительным скрипом отворилось, и внутрь моего узилища просунули медную чашу, на которой тлели пахучие угли. О, а вот и моя утренняя порция бодрящего аброса! Значит, скоро явится Хусин и снова продолжит подбирать ключик к тайнику, в котором хранится моя тайна. И действительно, спустя несколько минут, когда в глазах уже плыло от дурмана, появился и сам палач.
— Приветствую, Данмар, — тепло поздоровался он со мной, будто мы с ним давние приятели. — Ну вот, ночь прошла, нам снова пора продолжать.
— И ты здравствуй, Хусин, — криво ухмыльнулся я. — А я уж было заскучал тут. Что ты мне на сегодня приготовил?
Пыточных дел мастер, отстегивая приковывавшую меня к полу цепь, осуждающе покачал головой.