Молчание длилось несколько секунд.

— Руку, — произнёс он.

Я не понял.

— Что?

— Руку, — повторил он нетерпеливо и протянул собственную — сухую, костлявую, с грязными ногтями и следами чего-то бурого на коже. — Давай сюда. Без вопросов.

В его голосе было что-то, не терпящее возражений — не угроза, скорее абсолютная уверенность в том, что его приказ будет выполнен. Уверенность человека, который привык командовать теми, кто слабее.

Я медленно поднял правую руку и протянул её старику.

Лотрак схватил её мгновенно. Пальцы сомкнулись на моём запястье, как когти хищной птицы. Он повернул мою ладонь вверх и уставился на неё, словно читая какую-то невидимую надпись, а потом достал из кармана что-то тонкое и длинное.

Я успел разглядеть это лишь на мгновение, прежде чем он воткнул её мне в ладонь.

Боль вспыхнула резкая, пронзительная. Я дёрнулся, но хватка старика была железной. Кость тонкая и полупрозрачная погрузилась в мою плоть на несколько миллиметров и замерла там.

Голубая табличка услужливо развернулась перед глазами.

[ОБЪЕКТ: Диагностическая игла из кости Слепого Крота]

Происхождение: Подземный зверь, обитающий в манонасыщенных пещерах

Назначение: Определение уровня токсичности и концентрации тяжёлой маны в организме

Принцип действия: Реагирует на примеси в крови, меняя цвет

Точность: 89%

Примечание: Инструмент редкий, требует регулярной калибровки

Я смотрел, как кость начинает светиться.

Сначала тусклым серым светом, почти незаметным. Потом серый сменился зелёным, зелёный жёлтым, жёлтый уже оранжевым. Цвета перетекали друг в друга, как краски на палитре безумного художника, и с каждой секундой лицо Лотрака менялось.

Сначала было привычное ему равнодушие, потом уже интерес, а следом недоумение и наконец, что-то похожее на замешательство.

Старик нахмурился. Его брови сошлись на переносице, морщины на лбу стали глубже. Он поднял взгляд от кости и уставился на меня, словно видел впервые.

— Что за… — он не договорил.

Резким движением выдернул иглу из моей ладони.

Кровь хлынула мгновенно — расплескалась по коже, стекая между пальцами. Боль вспыхнула снова, но я не дёрнулся и не вздрогнул — просто смотрел на старика, ожидая объяснений.

Лотрак протёр кость грязным платком и спрятал обратно в карман. Его движения были автоматическими, как у человека, который делал это тысячу раз и не задумывался о процессе.

Однако его глаза смотрели на меня с новым выражением.

— Ты знаешь что-нибудь об алхимии? — спросил он резко. — Об инструментах? О процессах?

Я покачал головой.

— Нет.

Лицо старика исказилось. Та вспышка гнева, которую я уже видел раньше, когда он узнал про трещину в дистилляторе, снова зажглась в его глазах. Он рванулся вперёд, схватил меня за грудки и притянул к себе.