— По вопросу поселения… Это вам к господину Прудникову, — Ответил на вопрос отца усатый охранник бравого вида. — Только нет его. У него племянник женится. Может сам глава вас примет… Эй Прошка! — На этот крик из-за поворота коридора вышел молоденький парнишка со смешными сросшимися бровями. — Беги к его благородию, Ерофею Калистратычу и спроси, не примет ли он переселенцев. Бегом!

Не прошло и минуты, как посланец вернулся и повел нас сначала по лестнице, потом коридорами пока постучавшись не открыл высокую дверь.

— Все заходьте! — Скомандовал посыльный, освобождая проход.

Мы прошли в кабинет градоначальника и выстроились в порядке главенства и, по совпадению, роста.

— Кхм… — Кашлянул, оглядывая строй широкий в плечах мужик с окладистой бородой и кустистыми бровями. — Ну, кто такие? Что надо? — Его густой голос внушал уважение и батя чуть не дал петуха в начале своей фразы.

— Горшечники мы, кхы-кхы, — прокашлялся и продолжил, — ищем для себя место, где нужны умелые руки. Работы мы не боимся и кое-что могем. Вот, ваше благородие, примите! Наша работа! — Он подошел к столу, за которым заседал глава и развернул холстину, в которую была завернута одна из копий нашей «крестьянки». — Примите от всего сердца.

Глава управы взял пальцами бывшего ратника изящное изделие и, погладив его глянец, с одобрением рассмотрел со всех сторон.

— Да-а… Красота — как есть! И чего это такие мастера к нам приехали? Вам, небось — в столицу надо! С таким и к императору не стыдно подойти с подношением.

— Так это… Того самого… — Батяня поплыл, и я поспешил перехватить инициативу.

— Так мы от кабалы ушли. А в столице ничуть не лучше. Кто будет считаться с простыми мастеровыми. Узнают, что мы можем — и пожалуйста! Посадят за забор, и дальше своего носа белого света не увидишь. Скажи, тятя!

— Все так. Стало быть… — Подтвердил отец и вытер пот со лба.

— Горшки то можете лепить? Или только «красоту» для глаз? — Хитро прищурился глава города.

— Если есть в округе нужная глина — не сумлевайтесь! Семь лет в гончарах. Мать наша тоже мастерица, детки лепят неплохо и к делу старание имеют. Будут вам горшки. — Отец наконец справился с волнением и выдал вполне приличный рекламный слоган.

— Глина имеется. И гончар нам нужен. Берем! Прошка! Отведи к писарю, пусть запишет поселенцев, а затем отведешь в ремесленную слободу у южной стены. Там наш Фрол, век бы его не видеть, с глиной возится. Короче, гони его и заселяй этих. — И уже к нам, — есть деньги на первое время? Или подкинуть?

— Все есть, ваше благородие! А чего нет — прикупим. При деньгах мы.