— Мои, — широко улыбнулась Талика. — И соуль.

Объяснение поставило Чимбика в тупик. Он ещё мог бы предположить, что дети созданы из генетического материала Талики и второй идиллийки, но мужчины были представлены как отцы…

— Соуль — это её имя? — уточнил репликант, пытаясь разобраться в непонятном ему социальном статусе новоприбывшей.

— Соуль — это идиллийское слово, обозначающее примерно то же, что муж и жена в других культурах, — пояснила Талика. — Произошло от словосочетания «родная душа» на эсперанто, но со временем видоизменилось и сократилось до «соуль». На Идиллии нет традиционного для других планет института брака. Мы просто живём семьями — большими и маленькими. И вместе воспитываем детей, чьи бы они ни были.

Динара с Майком уже тащили коробку с дроном в дом. Чимбик проследил за ними взглядом и решил, что сейчас будет уместным уточнить ещё одну деталь:

— Я не слишком хорошо разбираюсь в возрастах детей, но мне показалось, что Майк и Динара одного возраста.

— Да, они родились с разницей в полтора месяца, — Талика поставила рядом с собой ещё одну тарелку и принялась чистить какой-то местный фрукт, название которого сержант узнать не успел.

— Значит, вы не можете быть биологической матерью обоим, — сделал логичный вывод Чимбик.

— Биологическая мать Майка погибла, когда ему не было двух лет, — негромко сказала Талика. — Несчастный случай, дельтаплан закрутило воздушными потоками, и она не справилась. Но Майк мой сын, и неважно, кем он был рождён. На Идиллии нет чужих детей.

Взрыв смеха, донёсшийся от «укрепрайона», на секунду отвлёк сержанта от разговора. Обернувшись, Чимбик успел застать момент, когда слишком высоко наваленный бруствер сполз на не успевшего отскочить идиллийца.

— Вот и польза от вашего фильтра, сержант! — отряхнув голову, крикнул пострадавший и, вылезя из щели, пошёл к ведру с отфильтрованной водой.

Ведро сержант подвесил на верёвке, выбрав место с максимально интенсивным ветром, — показывал, как можно охлаждать воду, обходясь без холодильника.

— То есть у вас отсутствуют заведения для осиротевших детей? — вернулся к разговору репликант.

За его спиной шумно заухал идиллиец, окативший себя прохладной водой.

— Ребёнок без родителей — это ужасающая дикость, — серьёзно сказала Талика и посмотрела на Чимбика странным взглядом, значения которого он не понял. — Для нас кровное родство не имеет значения, в семью может быть принят любой. Мы называем таких детей «зелар», дитя души.

Чимбик, в последнее время очень много читавший о человеческом обществе, вспомнил, что подобное практикуется в ряде примитивных культур, подчёркнуто сторонящихся прогресса. Это помогало им выживать, сохраняя количество рабочих рук. Высокоразвитые же общности, как правило, использовали специализированные учреждения, в которых воспитывались сироты. Не все, если вспомнить Эдем. Чимбик не раз видел там малолетние асоциальные элементы, промышляющие попрошайничеством и воровством.