Впрочем, тоже вышло ничего, отметил я дружно выпученные на мою вознесённую персону глаза, как Чернобожичей, так и спутниц.

Противник мой аж челюсть отвесил, перестав фонить энтропией, видно, от изумления.

Ну а я решил, для начала, попробовать противника слегка придушить. Ну, мало ли, вряд ли, но вдруг проканает.

Хотя не очень верилось, прямо скажем — напущенный мной воздушный эфир пребывал в состоянии «изорванных полосок», не только от «дыхания праха», но и вообще.

Но попробовал, ну и убедился окончательно — щитовидного психа структурированным кислородом в лёгких хрен удавишь. То есть, Черномил после манифестации рожей покраснел, пастью стал не просто зиять, а натужно дышать. Закачался, явно взбесился, шибанул энтропиеей по площади и задышал.

И стрельнул, паразит такой, на психе своём, в меня лучевой энтропийной пакостью. Я от неё почти увернулся, но ключевое слово «почти». В биодоспехе появилось две дыры, а в бочине… ну не дырка, царапина скорее, но болючая и неприятная.

В общем, начал я формирование нескольких грамм полимерного азота в метре от Чернобожича. Тот рефлекторно по области манифестации вжарил энтропией и улетел нахрен. Ну, точнее, подкинулся, суча ручками и ножками метров на пять вверх.

Дело тут было вот в чём: полимерный азот формировался в запредельно сложных, повышенной температуры-давления условиях. Но это мне было пофиг, я его формировал «как есть», как готовое состояние.

Далее, в нормальных условиях одной атмосферы и в области нормальной температуры полимерный азот местастабилен, после создания, конечно. Алмаз, как он есть.

Но, разрушение кристаллической решётки и создание двуатомной связи вызывало выделение энергии, тепловой, выводило кристалл азота из метастабильного в нестабильное, а вследствие — цепную реакцию смены молекулярного состояния.

При этом, взрывное расширение температуру снижало, точнее имеющуюся энергию «распределяло по площади», что делало взрыв «холодным».

Но это общий момент. А частный вот в чём: зубья на мече Чернобожич энтропией не разрушит, тут минуты нужны. Они метастабильны и просто кристаллы. Запустить реакцию в созданном кристалле я могу своей волей — она цепная, там крохи нужны.

А вот в процессе формирования кристалла, прервав процесс манифестации энтропией, он сам реакцию и начал, без моего «волежелания», которое я, по совести, осуществить в его тьме и не мог толком.

Правда, был момент с «заготовленным кристаллом». Хрен я его подорву, уже созданный, в поле эфирной энтропии. Ну, смогу пробиться, в принципе, но долго и боданием эфира. Безусловно, в мою пользу, в смысле мне нужно в кристалл кроху своего структурированного эфира подпустить, а Чернобожичу тому же — вообще не пускать не крохи.