— А шкура ещё не? Не готова? — осторожно уточнил я.

— Да, едрить её, какое готова?! — возмутился услышавший нас Дунай. — Мы её даже когда доделаем, она готова не будет… Не выделка это — так, пародия. Ещё доделывать надо.

— Так! Народ! — Сочинец вышел к костру и привлёк всеобщее внимание. — Важный вопрос! Очень важный!..

Он дождался, когда все посмотрят на него, и только потом продолжил.

— У кого из вас хватает баллов на полноценное отопление в капсуле? Чтобы не на базовом уровне, а хотя бы на продвинутом, как у меня и Вано?.. Это, если что, пятнадцать баллов!

— У меня хватает! — ответил Чемодан. — У меня базовое уже есть. И теперь на продвинутое набрал.

«А почему я ещё новые баллы не получил?» — обиженно подумал я.

— Потому что ты их тратишь сразу же! — отрезал СИПИН. — А они могут на Алтаре Вознаграждения пригодиться!

— Это поклёп! Обещаю не тратить! — мысленно возопил я. — Дай почувствовать себя богатым человеком, бездушная машина!

— Богатый — это один парень на востоке, который сегодня репликационную медицинскую капсулу купил! — отрезал СИПИН. — А ты даже с тем, что набралось, остаёшься нищебродом.

— Парень наверняка азиат! Они же повернуты на прокачке! — возмутился я.

— Да? А у ваших азиатов чёрная кожа бывает? — уточнил СИПИН.

— Эм… Ошибочка вышла, — я чуть руками не развёл. — Значит, это повёрнутый на прокачке негр! Трудолюбивый и упёртый молодец!

— Он вырезал две группы колонистов, чтобы подчинить третью, — СИПИН явно продолжал надо мной издеваться. — Вы, люди, точно так себе представляете трудолюбие?

— Эй, не надо ставить мне в пример жестокого кровавого негра-азиата! Дай мне баллы, бессердечный кибернетический организм! Я должен чувствовать свою значимость! Чтобы был стимул стремиться к большему! — не сдавался я.

— Я подумаю… — как обычно, СИПИН закончил разговор тогда, когда хотел, даже не спрашивая чужого мнения.

— Ещё кто-то накопил? — продолжал допытываться между тем Сочинец, но ответом ему была лишь печальная тишина. — Ясно… У нас три капсулы с отоплением и тринадцать человек…

— А можно… Можно четырнадцать? — тихий голос со стороны капсул заставил всех посмотреть в ту сторону.

На ветру стояла дрожащая девушка, надевшая всё, что только могла. Худая, невысокая, с облаком растрёпанных каштановых волос на голове. В руке она сжимала коробку дневного рациона питания. Её-то она и продемонстрировала нам всем:

— Я могу заплатить…

В силу непонятных лично для меня причин (если не учитывать, что я грубый и невоспитанный тип, да и вожусь с военными, которые всегда немного особняком) в нашу группу почему-то почти не шли новые мужчины.