— Три давай быстрее, — сказал один из механиков.

Второй техник тут же растирал подтёки сухой ветошью, пока они не превращались в твёрдые бугры. Так исчезали последние пятна летнего камуфляжа на самолёте.

— Да я не успеваю. Застывает.

— Тащи к огню.

Процесс, конечно, изматывающий: ведра постоянно таскали к огню, а сам застывший белый слой получался неровным. Но об эстетике на войне говорить не приходится.

Через несколько минут я стоял на входе в штабную землянку.

Я с трудом отворил тяжёлую, обитую старым войлоком дверь штабной землянки и шагнул внутрь. В нос сразу ударил запах махорки и дерева.

У дальней стены стоял сколоченный из снарядных ящиков стол. Над развёрнутой картой, освещённой керосиновой лампой, склонилось и всё командование полка.

— Разрешите войти? — спросил я, обращаясь к майору Коровину.

Все обратили на меня взгляды, кроме Василия Ивановича. Он просто махнул мне.

— Андрюха, давай заходи, — хрипловато отозвался Коровин, не отрывая взгляда от карты.

Рядом с ним стоял комиссар полка и уже старший политрук Виталий Храмцов, задумчиво стряхивая пепел с папиросы в пепельницу. Перед нашим перебазированием в Белёв, Виталия Павловича повысили в звании.

Около него, сложив руки на груди, расположился заместитель командира полка майор Гаврилов. Он всё такой же хмурый и старается держаться отстранённо. Пока на место Шадрина никого так и не назначили. Так что Александр Витальевич продолжал летать на задание с первой эскадрильей.

Чуть поодаль переминался с ноги на ногу старший лейтенант Павел Ванин. Это командир третьей эскадрильи, которую нам включили в состав перед самым началом контрнаступления. Парень не молодой, особо не заметен. Кроме того что постоянно говорит, что полёты парами никем не утверждены. Только когда я ему во время одного из вылетов доказал эффективность таких полётов, он немного остыл. Но, если честно, парень ярый противник всего нового. Даже отказался от бака для умывальника, потому что он немецкий.

Я поздоровался со всеми и приготовился слушать командира. Сам же Коровин выпрямился, взял со стола карандаш и приготовился показывать на карте маршруты.

— Значит так, Александр Витальевич, с первой эскадрильей работаешь в районе Карачева. Прикрываете переброску войск туда.

— Понял, — кивнул Гаврилов, посмотрев в свой планшет.

— Паша, твои в дежурном звене. Смена лётного состава каждый час. Не заморозь их только.

— Да, командир, — кивнул Ванин.

Карандаш командира скользнул по карте в западном направлении, и он переключился на меня.

— Теперь ты, Андрей. Твои архаровцы работают с «горбатыми». У «Илов» большой залёт будет в район переправ через Десну. Идут штурмовать немецкую бронетехнику.