Михаил Ефимович азартно раскрыл мое творение и на десять минут буквально выпал из жизни, пока не долистал книгу до конца.

— Замечательно! — охарактеризовал он мой труд. — Такое не стыдно даже за границей показать. Да и для нашего, советского, человека более наглядного материала об успехах социализма и придумать трудно. Тем более, сейчас витают слухи о направлении всех усилий страны на тяжелую промышленность. Эта книга лишь подкрепит эту направленность. Тебя даже могут премировать.

— Для всех старался, — скромно сказал я, хотя внутри при словах о премии стало тепло. Уж отказываться я точно не буду. — Михаил Ефимович, тут вот еще что, — достал я из своего дипломата еще одну книгу.

Даже не книгу, а скорее небольшой альбом с картинками. Его я создал в рамках обучения своих однокурсников «основам коммунизма» по заданию Рябинцева. Каждый разворот был наглядной сравнительной картинкой с короткой подписью: слева сцена из жизни до революции, справа — после, но не так, как это происходит сейчас, а как должно в идеале. Так к примеру слева был нарисован карикатурно богатый буржуй с розгой как у погонщика и замученные рабочие у него в ногах, передающие золотые монеты. Справа же в ряд стояли тоже рабочие, один из которых показывал, как махать киркой и из-под нее вылетали золотые монеты, а другие внимательно слушали, а кто-то повторял. Или другой пример: слева крестьяне жали пшеницу и относили ее всю купцу, оставляя себе лишь крохи, а справа работали все, складывая все в одну кучу, под которой была подпись «общий зерновой фонд». Ну и тому подобное.

Назвал я этот альбом просто и незатейливо «Капитализм против коммунизма». Кольцов с интересом его пролистал и одобрительно поцокал языком.

— В рамках помощи комсомола в обучении трудящихся сделал, — прокомментировал я свою работу.

— Очень хорошо! Его тоже обязательно в печать отправим. Думаю, теперь точно можешь рассчитывать на премию. Уж я позабочусь.

На этом мы расстались.

В марте я понял, на что намекал Михаил Ефимович, когда говорил о «слухах про направление усилий на тяжелую промышленность». В газетах стали выходить статьи, где товарищ Сталин критиковал товарищей Рыкова, Бухарина и Томского за поддержку НЭПа, когда стране нужны станки и развитая промышленность, что способна создать в рамках социализма только плановая экономика. Даже разок мелькнула заметка о моей книге, которую Иосиф Виссарионович демонстрировал в качестве примера наших успехов. Малых успехов, сравнивая показатели с западными странами.

А в апреле я был изрядно шокирован, когда мне пришло письмо о том, что меня ждут в Кремле на вручение премии имени В. И. Ленина! Когда Михаил Ефимович говорил мне о премии, я даже представить не мог, что мне дадут ТАКУЮ награду. Ленинскую премию начали выдавать еще с 1924 года, но фонд был ограничен. Многие выдающиеся ученые и работники культуры не получили ее из-за этого и их премирование перенесли на следующие года. Саму премию выдавала специальная комиссия. В ее состав входили такие известные товарищи, как Покровский, Деборин, Тимирязев, Кржижановский, Скворцов-Степанов и Шмидт.