Лана себя к нормальным не относила как минимум с того момента, когда Зов[5] не пришел к ней, трехлетней по меркам Алайи. Кроме того, в этом полете она впервые занималась сексом в момент, когда корабль вошел во Врата. И, как и Рис, признала опыт достойным многократного повторения. Разумеется, об этом Шраму знать было совершенно необязательно… правила приличия и всё такое…

Поэтому Лана ограничилась небрежным сообщением о том, что на данный момент максимальное количество Врат, которые она подряд проходила без сна, равняется восемнадцати. За сутки. В общем, Аль, не ворчи.

— Восемнадцать? — ахнул Шрам. — За сутки? Madre de dios![6]На чём⁈ А главное, зачем?!!

— На курьере, — пояснила Лана. — Он же маленький. Оттолкнуться может даже от песчинки, но и отрезки пути короткие. И кают там, кстати нет. И коек. Только кресла. А зачем… к Конраду спешила, Аль. Па умирал, а мне слишком поздно сообщили, — голос внезапно «дал петуха», на глаза навернулись слёзы, казалось бы, выплаканные давным-давно. — Следовало, конечно, поспать, майор Рипли, к примеру, сразу всё понял, но я… не до того мне было.

Силва выбрался из-за стола, подошёл к девушке и осторожно притянул её к себе. Брови — нормальная правая и изуродованная шрамом левая — сошлись на лбу скорбным «домиком».

— Прости, маленькая. Прости. Я не знал.

— Всё в порядке, Аль. Извини, что-то я… — она провела ладонью по лицу и смущённо улыбнулась.

— Не извиняйся. Он был хорошим солдатом и хорошим отцом. Хотел бы я, чтобы на моём надгробии написали что-нибудь в этом роде.

Лана неожиданно развеселилась и уже вполне бодро ткнула Шрама локтем в бок:

— Только давай договоримся: что бы ни написали, пусть повременят ещё лет… много. Согласен?

— Нет, знаешь ли, — иронии Силвы не было предела, — не согласен! Вот прямо сейчас возьму и помру!

— Тебя закопать, сжечь или просто за борт выбросить? — деловито осведомилась девушка, и дружный хохот собравшихся окончательно разрядил возникшую было в кают-компании напряжённую атмосферу.

— Там видно будет, — фыркнул капитан. — Вы Дона слушать будете? Всю дорогу возился парень, даже во Вратах спать не стал.

Рис усадил Лану на диванчик, присел в кресло у торца стола, и повернулся к надувшемуся от сознания собственной значимости ломовику.

— Я весь внимание, Дон. Есть что-нибудь?

— Не так много, как хотелось бы. Сеньорита Дитц сделала всё возможное, но «Рампарт»…

— Я понимаю. И всё же?

— Уцелел в основном список контактов. Я скопировал его для вас, конечно. И последнее сообщение, которое этот деятель набирал, должно быть, уже умирая.