— Вот, — сообщила я и протянула им пять свертков, — как и договаривались.

— Баловство одно, — крякнул Иваныч, принимая свёрток.

Но по глазам было видно, что доволен.

— Сейчас, — сказал он и ушел в подсобку.

— Вечно ты что-нибудь придумаешь, Лида, — покачал головой Севка, но остальные свёртки забрал. — В четвёртую бригаду отдам. Там знают.

— Так можно же и вот, товарищу, — кивнула я на помощника, который сконфуженно ковырял заусеницу на пальце.

— Кому? Фильке? — весело хмыкнул Севка, — да он же дундук у нас.

— Ну зачем ты на человека наговариваешь? — нахмурилась я. — Не хорошо так.

Как ни странно, помощник никак не отреагировал, продолжая молча ковыряться.

— Дундук, он и есть дундук, — из подсобки вышел Иваныч в новом комбинезоне, еще не обношенном, с заломами на темно-синей ткани, — на прошлой неделе надо было искать «землю» в пятом ангаре. Знаешь же, что это?

Я неуверенно кивнула, типа ни «да», ни «нет».

— Угу, всё с тобой ясно, — хмыкнул Иваныч, — это когда утечка тока на корпус или еще где-то. А хлопцы ему говорят, землю, мол, будешь искать, так что бери ведро, лопату и вперед в ангар. И этот пенёк послушался, можешь себе представить! Взял ведро и лопату и пошел. В пятый ангар. А там же пол бетонный. А он ходит и землю ищет. С лопатой. Почти час ходил искал. Мужики чуть животы не надорвали… А ты говоришь, ему такое выдать. Неет, не дорос он ещё…

Иваныч подошел к стеллажу и усердно принялся рассовывать по карманам гаечные и разводные ключи, какие-то отвертки и прочие инструменты. Закончив разбираться — полюбовался собой.

— Эх! Крас-со-тень! — воскликнул он и от нахлынувших эмоций хлопнул себя по карманам. — В таком и жениться не стыдно!

Да. А посмотреть было на что. Не зря я тщательно изучала ГОСТы. Мы с Вероничкой Рудольфовной в короткий срок провернули супермасштабную работу. И сейчас спецовочный комбинезон Иваныча был снабжен не как раньше — одним карманом, а сразу двумя, настроченными рядами, карманами-клапанами, да ещё и с отделениями, по пять штук. Как раз под каждый ключ — отдельный карман.

— Ох ты ж, мать твою! — от переизбытка чувств Севка издал восторженный полувсхлип-полувздох, и тоже побежал в подсобку наряжаться.

Тем временем жамкающий агрегат вдруг заглох. По ушам ударила тишина.

— Что там? — спросил Иваныч, не отвлекаясь от рассматривания содержимого карманов.

Помощник Филька, которого называли «дундук», метнулся к агрегату и посмотрел:

— С-с-схему з-з-замкнуло, — произнёс он, — з-з-заглох, с-с-сука.

— Ну так разомкни!

— Н-н-не… ща к-к-как ж-ж-жахнет, б-б-боюсь, — покачал головой Филька.