На третий день изнурительного пути повозка остановилась.
Кара вывалилась вместе со всеми из душного фургона и, уткнувшись коленями в сырую, хлюпающую землю, жадно хватала влажный воздух, которым, конечно, нельзя было надышаться. Она была уверена, что сейчас задохнется, и уж тем более, никогда не встанет на ноги, когда почувствовала, что ее тянут вверх — не за волосы, но за шиворот. Лэйн грубо встряхнул ее и кивнул вперед. Кара хотела огрызнуться, но проходивший мимо болотник огрел их хлыстом, удар которого должен был ужалить обоих, но почему-то достался Гильяхору. Наверное, потому что тот подался вперед, загородив ее своим великаньим ростом. Прежде чем Кара успела что-то сказать или сделать, и прежде, чем снова вмешался болотник, Лэйн толкнул ее в спину. Каре пришлось быстро пойти вперед. Остановись она — непременно бы упала. А так, заковыляла на негнущихся ногах вслед за теми, кто смог подняться. Тех, кто задержался на земле, приходя в себя после тяжелой поездки, настигли плети жестоких хозяев, сильно уменьшив шансы несчастных подняться.
Кара заставила себя идти, не оглядываясь. Она и так знала, что среди тех, кто не встал, осталась еще одна ее часть. Возможно, последняя из той, что принадлежала бывшей Каре. Ведь сама она затерялась в Тихом лесу, растворилась в нем вместе с Шигой и Синеглазкой. Сюда же, на Болота Кальмы, приехала другая Кара.
Та, которая отчаянно хотела вспомнить все то, что скрывали от нее память и прошлое. Та, которая хотела во Тьму.
Глава 14
Впереди маячили огни ее новой тюрьмы, которую Ягар считал «адом на земле». Не город и не деревня, поселение выглядело хаотичным и удручающим. У этого места и названия-то отдельного не было. «Болота Кальмы» объединяли земли от северо-восточных границ Альфарского королевства до юго-запада Тардара и представляли из себя, собственно, болото. Удушающее, бездонное, смердящее. Насколько поняла Кара из перешептываний рабынь во время пути, поселение здесь было только одно. То, на которое она сейчас смотрела.
Из утреннего тумана проступали кособокие хижины из тростника без окон и дверей, но с огромными щелями в стенах. Хижины рабов отличались от хижин хозяев тем, что были больше, так как вмещали человек по сто, и стояли прямо на воняющей испарениями земле. Дома, в которых обитали болотники, располагались на сваях, имели лестницы и пристройки для ездовых собак и буйволов, которых Кара никогда раньше не видела. Примерно пять десятков хижин вытянулись в линию, насколько хватало взгляда влево и вправо. Ширина этой линии не превышала двух домов, но чаще всего, состояла из одной постройки. Хижины служили границей, отделяющей сушь от топи.