Рыцарь лежал на животе, и Кара не сразу убедила себя присесть и дотронуться до окровавленной плоти. Когда она его переворачивала, пальцы соскользнули и погрузились в куски мяса, которые местами казались содранными целиком с кости. «Хорошо освежёван» — так, кажется, дед-циник говорил про разорванных медведями охотников.

Если бы не рыцарь, Кара давно покинула бы этот мир, поэтому ее долг — хотя бы его закопать. Морты сжигали своих мертвецов, но альфары хоронили в земле, и Кара решила, что должна соблюсти обычай того, кто спас ей жизнь. И плевать, что страшно. Все законы Тихого леса были нарушены. Солнце стремительно клонилось к Злой сопке, лысая вершина которой выглядела опасной и непредсказуемой. Те самые медведи, чьи клыки и когти она периодически видела на телах раненых мортов, наверняка уже почуяли запах крови. Но, если Кара сейчас уйдет, рыцаря заберет лес, а похоронить его — то малое, что она могла сделать в благодарность.

Просто поторопись, мысленно пнула она себя. Не хотелось идти к мертвому коню и искать в седельных сумках лопату, которая просто должна была там оказаться. Не хотелось копать сухую землю палкой. Не хотелось бередить раненую ногу.

Она уже собиралась вставать, когда из груди рыцаря вдруг вырвался стон, а изо рта с порванными губами выплеснулась струйка крови. Кара не поверила своим глазам, а потом осторожно приложила пальцы к шее Лэйна, сразу вспомнив уроки Ягара. Рыцарь не умер. Может, умирал, но еще цеплялся за жизнь. Из всех страшных повреждений, что нанесла ему тварь, самыми опасными выглядели скальпированные раны на голове и глубокие порезы на животе.

Кара замерла, не зная, что делать. Если секунду назад ситуация казалась сложной, сейчас она стала почти безвыходной. Оставлять еще живого рыцаря на ночь в лесу и бежать за подмогой было нереально. Во-первых, никто из мортов никогда не придет на выручку рыцарю Сантаны. Она деревенских хорошо знала. Во-вторых, дед — пожалуй, единственный, на кого можно было рассчитывать, наверняка еще не вернулся из леса. За травами он уходил надолго. Поэтому у Кары оставалась только она сама. И выход с самого начала был только один — самостоятельно дотащить Лэйна до деревни, а там уже искать деда.

Но как бы ей не хотелось поверить в свой план, он был невыполним. Даже если сделать волокуши из веток и седельных сумок, Кара не сможет тащить здоровяка по корягам, оврагам и буеракам. Она убьет и себя, и рыцаря, который оставался в беспамятстве, но стонал.

Оставив попытки вытащить воина из лопухов, Кара подошла к коню за ремнями и замерла перед зрелищем черной туши, лежащей в кровавом озерце, которое образовалось из запруды.