Невольно вспомнился рыцарь Лэйн и его неприязнь к мортам. Еще пару дней назад Кара и не подумала бы, что он мог быть прав — как и учебники альфаров, называющие мортов злодеями.

Войдя в комнату, Кара какое-то время глядела на деда, лежащего на единственной кушетке. Тахта, служащая кроватью, была широкой, но ложиться рядом со стариком Кара побоялась. Помнила, как пару лет назад Ягар во сне расцарапал все белье, сражаясь с кошмаром. Она потом еще месяц ему простыни зашивала, так как других не было. К тому же, дед храпел и вонял.

Пододвинув стул к стене, Кара села, прислонила голову к шершавой поверхности и притворилась, что заснула. Труднее всего было изображать спящую, так как несмотря на утреннее беспамятство, бессонная ночь давала о себе знать. В голову лезли привычные кошмары, преследующие ее во сне, но она старательно ловила каждый звук внутри дома и снаружи, цепляясь за реальность.

Наконец, послышался едва слышный щелчок и удаляющиеся шаги. Их заперли. Кара сняла обувь и, подкравшись босиком, попробовала открыть дверь, но догадка оказалась верной. Единственное окно комнаты выходило на задний двор с курятником, но за изгородью маячили головы — Сорда приставила к ней с дедом охрану.

Как легко старейшина продала клуатон из местного алтаря, так же легко она предала Ягара и Кару. При воспоминании о том, как Сорда отмахнулась от смерти Карпа, девушку передернуло. Впрочем, в безвыходность она не верила. В свое время дед много поработал над ее силой воли и твердостью характера. Для начала надо убежать туда, где она чувствовала бы себя в безопасности. В лесу оставалось еще много зимовок и времянок, в которых можно было переждать непогоду. А буря над головой Кары и деда Ягара разыгралась нешуточная.

Старик говорил, что, прежде чем думать о привале, надо хотя бы дойти до реки, поэтому Кара приблизилась к глухой стене комнаты и, прислонив ухо, стала слушать. Секунды грохотали в голове вместе с ударами сердца, но она не торопилась. В первый раз важно все сделать правильно.

Женщина из кошмаров просила ее не вспоминать, тогда как Асхар, наоборот, хотел обратного. Вспомнить у Кары не получилось, но вот слово «жэрэмэ», вырвавшееся из уст Сорды, кое-что напомнило. Девушка даже не пыталась объяснить, откуда знает о нем столь много. До сих пор она неосознанно отгоняла и другую правду — именно Кара это слово и придумала. Но Кара другая — из прошлого.

Напрягать память не пришлось, она сама подсказала слова.

Если за магию алтарей морты платили кровью жертв, то за магию «жэрэме» плата взималась из собственной жизни. Обращаясь к жизнерушительной силе, морт сокращал свои года, дни и минуты.