Хрен бы с ними. Пусть сражаются. Только до этого еще далеко. Они держали оборону (хотя, заявившись сюда, следовало ожидать, что как раз они должны нападать, а мы обороняться), а мы усердно их атаковали, кружили над ними, как разозленные шершни, нещадно жаля.

— А-ха-ха-а-а! — Куча, впавший в боевое безумие, лупил из пулемета как бешеный. Кажется, после боя его пушке предстоит долгая и муторная чистка, приведение в порядок.

Чуха держался на дистанции, выбивая противников одного за другим, причем с одного выстрела. Думаю, если удерживать позиции, прикрывать Чуху, он может сам уничтожить всех. Да только слишком много времени для этого надо…

Дед и Такахаси (который пошел вперед, так как Чуху пока прикрывать и защищать было не от кого — противник ведь не пер вперед), сражались слева, мы с Выдрой справа. Рамбо взял на себя центр, упорно пер вперед, ведя за собой самых тяжело бронированных наших бойцов (боже, храни человека, придумавшего «Рыцарей»).

Несколько МТГ, врубив ранцы, кружили над сбившимся в кучку отрядом врага.

Всюду свистели пули, летели импульсы.

Мне самому уже прилетело три раза. Два раза обычными пулями, первая из которых лишь чиркнула по броне, оставив царапину, а вторая угодила в плечо, от чего оно у меня теперь нещадно болело, а наплечник получил глубокую вмятину. Еще одно попадание, но теперь уже из энергетической пушки, прямо в грудь.

Хоть импульс и не пробил броню, но разогрел нагрудник до такой степени, что я уже не шипел, а зло орал от боли.

Похоже, когда закончится сражение, светит мне поход в лазарет — слишком уж болел ожог, и чувствую, был он немаленький: автоматическая аптечка скафа один за другим вводила инъекторы, впрыскивая в мою кровь стимуляторы, обезболивающие и все прочее.

А меж тем бой ни на секунду не угоманивался. За счет того, что броня и у нас, и у наших противников была куда мощнее нашего же оружия (в конце концов, все мы были подготовлены для сражения с жуксами, а не с себе подобными), убивать друг друга получалось крайне плохо. Да, какие-то потери противоборствующие стороны понесли, но сказать, что они были существенные, или что они как-то могли повлиять на исход боя, пока было нельзя.

В целом, «по фрагам» лидировали мы, но разница была столько малой, что ее можно было назвать временной, случайной.

Быть может, спустя пару часов что-то изменится, и вот тогда уже будет видно, как может завершиться битва, но…у нас, в отличие от Ковальски, имелся серьезный козырь в кармане, о котором, как мне казалось, совершенно забыли не только наши противники, но и мы сами.