Именно в этот момент к нам подошли Пётр Игоревич с Ольгой. Они тоже выходили из театра. Я посмотрел на Орлова и подумал, что поход в ресторан — это отличная возможность поговорить с ним вне стен училища.

— Благодарю, Наталья Михайловна, за предложение, — проговорил я, обдумав все «за» и «против». Возможно, дело не такое серьёзное, но игнорировать предупреждение лейтенанта было глупо. По крайней мере, нужно было выслушать его, чтобы понимать, с чем я могу столкнуться. — Принимаю. И приглашаю вас всех отметить со мной, — я обвёл взглядом компанию: Катя, Зотов, Наташа. — И вас, Пётр Игоревич, с супругой, прошу присоединиться. Будем рады.

Я специально посмотрел Орлову прямо в глаза, чуть дольше, чем того требовала вежливость. Уголки губ лейтенанта дрогнули в едва заметной, короткой улыбке. Он верно истолковал мои истинные мотивы.

— Благодарю, Громов. Мы с Олей будем рады присоединиться к вам, — ответил он.

В ресторан мы шли пешком, неспешно, разбившись на пары. Я с Катей шёл чуть позади, Зотов что-то оживлённо рассказывал Наташе, а Орловы шли впереди и тихо переговариваясь. Катя льнула ко мне, крепко держа меня за руку. Выглядела она задумчивой. Видимо, её смущало присутствие Наташи. Да ещё и внезапно появившийся лейтенант с супругой не добавлял ей спокойствия.

— О чём вы говорили с лейтенантом у зала? — тихо спросила она, когда мы немного отстали. — Пётр Игоревич выглядел обеспокоенным.

— Да так… О службе, — уклончиво ответил я. — Он извинился за одну неприятную историю.

Катя кивнула, но я видел, что это её не успокоило.

Ресторан оказался уютным: приглушённый свет, негромкая музыка, пахло очень аппетитно. Нас провели к нашему столику, приняли заказ, и импровизированное празднование началось.

Удивительно, но вечер прошёл душевно. Даже слишком. Напряжение первых минут постепенно рассеялось. Зотов оказался душой компании. Он рассказывал забавные истории из училищной жизни. Ольга расспрашивала Катю о Москве, о её учёбе. Катя оттаяла и отвечала охотно.

Даже Наташа вела себя образцово — показательно: никаких колкостей, только вежливое участие в общем разговоре. Она подняла бокал за моё здоровье, пожелала успехов. Катя ответила тем же. Они даже вполне дружелюбно обменялись парой фраз о спектакле. Казалось, топор войны, если и не зарыт, то надёжно припрятан под толстым слоем светского льда.

Я поддерживал разговор, смеялся шуткам Зотова, рассказывал свои. Но часть меня ждала момента, когда можно будет поговорить с Орловым, который сидел напротив, изредка вставлял реплики в разговор, но в основном молчал и наблюдал.