— Товарищ парамедик, не слушай ты их, а мотай лучше на ус: самая забористая самогонка — у «карбышевцев», и говорю я это не просто так, а с умыслом!
Честно говоря, это новое чувство мне нравилось. Я постепенно обрастал репутацией! Сейчас, после всего пережитого вместе, этим людям стало глубоко пофиг на то, сколько мне лет, кто я по национальности и откуда родом, какой длины у меня волосы и почему я оставил себе шрам чуть ли не на половину рожи. Здесь я был просто Сорокой, парамедиком из Восьмого экипажа, который делает уколы, крутит жгуты и тащит на горбу раненых. И они явно считали меня неплохим парнем.
И это было хорошо!
Глава 8 Появляется неприятный полезный человек
Военкора, похожего на молодого Рассела Кроу, звали Геннадий Сомов, и он пребывал в состоянии то ли легкой депрессии, то ли тяжелого запоя. Сидя за раскладным столом, акула военно-космического пера вцепился руками в свою голову и раскачивался туда-сюда, проговаривая губами какие-то отрывочные фразы. Под глазами его пролегли черные круги, волосы были всклокочены, а на столе вокруг планшета, который выглядел очень тактически, лежало шесть или семь смятых банок энергетика.
— О! — сказал он, увидев меня, и облизал пересохшие губы. — Ты ведь Сорока, да? Я тебе недавно… Я тебя буквально вчера… Или позавчера? Короче, ты ж наш внештатник, да?
Я ткнул пальцем в шеврон с надписью «ПРЕССА» на наплечнике. Какого черта он вообще спрашивает, сам же мне его вручил в Фитрандрахане!
Сомов сосредоточено кивнул, а потом дернул себя за волосы:
— Ты ж вроде профессиональный журналист, да? Экстремальщик? — он моргнул всем лицом.
Мне пришлось сделать неопределенный жест рукой: мало ли что этот странный тип имеет в виду?
— Ты ж снимал что-нибудь? — в его голосе сквозило отчаяние. — Ну, я имею в виду, в последние дни? На камеру?
Я понял, к чему он клонит, потому вынул видеокамеру из разгрузки и продемонстрировал ее военкору. Для убедительности даже кивнул и ответил:
— Ага. Снимал. Шахту, метро, бои в подземке, поездку на поезде, подрыв дата-центра, рефаим после конца рабочего дня, эвакуацию раненых и оказание помощи местным. Ну, и наш отъезд на всех этих пепелацах…
Сомов распрямился на стуле и пригладил волосы. Его взгляд стал гораздо более осмысленным. Похоже, от моих слов ему сильно полегчало. Он спросил:
— А по людям? Ну, подразделения, отдельные бойцы? Есть фактура?
Он уже включил планшет и стал что-то там свайпить, периодически поглядывая на меня. Я не стал его разочаровывать:
— Э-э-э-э… Есть операция по взятию зарядной станции в подземке Фитрандраханы, там разведчики из Четвертой когорты работали, группа Падавана. Есть «карбышевцы», но там материала немного и темная съемка, они чуть ли не в преисподней воевали… Наш Восьмой экипаж, конечно — этого много: раненые, эвакуация, первая помощь. Еще «Волки Велеса» — мы с ними в подвале сидели… Кстати — классный видос должен получиться, они там с ломиками в атаку идут и железяк на составляющие разбирают. Очень эпично!