— Мы понимаем… — начал было следопыт.

— Не нужно, Джон, — остановила его вампирша. — Мне и так мучительно тяжело, — не кинув ни единого взгляда назад, она забралась в седло. — Сейчас я хочу знать только одно: жизнь Дельвинуса забрало время или он пал от чьей-то руки? Кто бы ни обитал в крепости, они должны ведать.

Всю дорогу до ворот Лайла крутила в голове речи Хризальтеры: нерушимый клубок истины и лжи. Откуда демонесса узнала про гексаграмму? Могла ли она до появления на севере видеться с Дельвинусом и… убить его?..

И вот скованный раздумьями взгляд взмыл к потресканной арке. Лихой свист, снова шаги и возникший между зубцами привратник.

— У меня остались вопросы и нерешённое дело особой важности. Я желаю поговорить с тем, кого вы сейчас считаете главным.

— Он слышком занятушен, — упало со стен крепости. — Просил не беспокойствовать.

— Скажи, что его желает видеть особа из королевского рода, — голос Лайлы был деликатен, но строг. — Или возьми на себя смелость проигнорировать мою просьбу, когда судьба всего мира находится под угрозой.

Неизвестный явно задумался.

— Ждите тутыма, — бросил он и пропал из виду.

Ничего другого и не оставалось: лишь ждать и осторожно гладить грустившего на плече мефита. Так прошла четверть часа. На горизонте только разгорался закат, а у Рэксволда уже вовсю полыхало желание продырявить местным головы за оскорбительную нерасторопность.

Наконец странники заметили движение на стене. Некто вальяжно остановился между зубцами. Чёрная мантия. Разделенная на два пучка пепельная борода. И блестевший в руке прозрачный посох с тёмным навершием.

— Представься та, что разстрашила моего послушца бременем выбора, — повелительно изрёк мужчина.

— Я Лайла де’Рон, первая принцесса Эльтарона, хорошо знавшая Дельвинуса и призванная им для важного поручения. Впустите нас, и мы всё обсудим в более удобной обстановке.

— Дельвинус пал. Теперича Оплот Сгасшего Пламня — пристанище дэнрийцев. Для других врата испёрты.

— Я тоже маг, — вампирша приподняла ладонь с сияющей руной.

— Наличие чар Света не деловствует тебя одной из нас. Уходствуй. Мы тебе ничёги не должноти.

— Я принесла весть о демоническом вторжении. Неужели потомки «Альянса Света» отвернутся от человечества в час беды?

— В мирёхе ожившей магии бедыня — спутник перемен. Альянс — промашестость наших предков. Таких, каги Дельвинус, веривших в единчество многогранности. Толёко монолит всегда прочнее склейчатых фрагментов.

Лайла насупилась:

— Очерняешь тех, кто веками сдерживал поборников Тьмы? Меришь перспективы бедами? Я спрошу лишь раз, и не смей мне лгать: как умер Дельвинус эн’Сандро?