— Здорово. О нём ему волшебный клинок рассказал? Он сам по себе на разведку ползает? Или этот подземный шпион у нас в провидцы теперь заделался? От безделья, видимо, — ассасин отряхнул ладони. — Ну вас, короче. Сами свои шарады разгадывайте. Я спать пошёл.

Вскоре на поляне никого не осталось: маленькая крепость одиноко высилась посреди пересохшей земли с редкими, похожими на иголки травинками. Рэксволд, обнимая Эрминию, дремал на боку под деревом. Шойсу лежал у соседнего и сквозь неплотно сомкнутые пальцы смотрел на яркую синеву в ореоле густой листвы. Лайла с Джоном же сидели у превращённой в коновязь липы, слушая, как лошади жуют траву: в тени крон она росла пышным ковром.

— Дэнрийцы поступили отвратительно, — тихо сказала вампирша. — Но, отбросив эмоции, я не желаю им смерти. Наказания? Да. Для более серьёзных шагов у меня нет доказательств их причастности к смерти Дельвинуса. Впрочем, даже отрицание вины вызовет во мне сомнения. А домыслы — слишком шаткий фундамент для вертикали правосудия. Хотелось бы верить, что парламентёрская миссия Эсты сгладит углы. Тогда появится шанс решить разногласия консенсусом. На первых порах меня устроят извинения и личный визит в крепость. Если Дельвинус оставил тайное послание, я его обязательно найду. Возможно, после этого выплывет истина: что представляют собой дэнрийцы и какова цель моего призыва одним из сильнейших пиромантов истории.

Джон вздохнул:

— Я бы не строил оптимистичных прогнозов. Для склонных к переговорам, они больно силу свою любят показывать. Не думал, что когда-нибудь скажу подобное, но сюда бы Леонардо. Он бы живо объяснил им, где их место. Вчера нам просто повезло. Могло и убить, сама знаешь. А без лекарств и сейчас бы худо было.

— Знаю… — теперь уже вздохнула Лайла. — Наверное, хватит дурных мыслей перед ответственным вечером, — она посмотрела на следопыта и, нежно поцеловав его, мягко уложила на траву. — Отдохни. Как бы там ни сложилось, нам потребуется много сил. К сожалению, не только моральных.

— Думаешь, смогу уснуть?

— Попытаться стоит, — вампирша улеглась рядом и подпёрла голову рукой. — Мы со Скарги на страже вашего сна, — она указала пальцем вверх, где за листвой краснел сидевший на ветке мефит.

— Эх, ещё бы солнце кто убрал. Я не настолько устал для такой светлыни. Там, средь вещей, тряпка какая-то была. Дай хоть на глаза брошу.

— Зачем далеко ходить? — Лайла качнула волосами и положила голову на грудь следопыту — каштановые пряди застелили мужественное лицо: — А теперь спи.

Джон усмехнулся, высвободил нос из волнистых локонов и прикрыл глаза. Когда через две минуты его сердцебиение вдруг замедлилось, вампирша тоже опустила веки: в темноте проще улавливать звуки. Острый слух заблаговременно обозначит приближение опасности. А там, где он бессилен, поможет энергетическое чутьё мефита.