— Н-да… Может, не повезло? — ассасин с ухмылочкой протянул другой кинжал. — На, ещё попробуй.

Словно не раскусив издёвки, иномирец взял его. Недолгая подготовка. Бросок. На сей раз оружие со звоном отскочило от ствола.

— Эх, салага… — Рэксволд вертел в руках любимые клинки, которые кому попало не давал. — Смотри, как надо!

Брошенные дуплетом кинжалы сверкнули выгравированными змеями, со свистом рассекли воздух и вонзились точно в дерево.

— Так-то, — кинув на Шойсу победный взгляд, ассасин направился за оружием. — Можешь идти куда… — прогудевшее над головой копьё унесло с собой конец фразы.

Оно с громким стуком угодило в ствол, аккурат между двух торчавших клинков — по кислице разлетелись куски бугристой коры.

Теряясь между хмуростью и удивлением, Рэксволд обернулся на иномирца, что олицетворял собой само спокойствие:

— Хм… А вот это уже интересно…

* * *

Баэр Хомильт вместе со своей сестрой Вильдой жил на востоке Эльтарона, в солнечном городке под названием Яблоневый Яр. Расположенный на берегу Великого Пролива, он быстро развивался. Появлялись новые дома, ширились рынки, крепли торговые союзы. Мечтой любого лавочника было стать членом рорхской «Купеческой компании», открывавшей новые горизонты для сделок со степным королевством. Баэр пошёл по стопам отца. С молодых усов торговал яблочным сидром и грушевым элем. Дела шли стабильно. Стабильно вяло. Ровной тропой между желанием влезть в петлю и белой завистью к тем, кто хватал с неба звёзды. Однако Вильда не покидала брата даже в часы отчаяния: всячески помогала и поддерживала. И вот, к двадцать шестому году жизни, Баэру подмигнула удача: его пьянящую лавку заметили влиятельные люди и за часть прибыли предложили членство в «Гильдии купцов» Эльтарона, откуда было по силам наладить связи с «Купеческой компанией». Но мечты так и остались мечтами.

Вильда начала слепнуть. Причиной тому стали капли грязи, попавшие в лицо из-под копыт проскакавшей мимо лошади: в городе коммерсантов посыльные с документами вечно куда-то спешили. Местный целитель сослался на инфекцию и назначил закапывание глаз отваром из ромашки и календулы. Несмотря на все манипуляции, зрение ухудшалось, а к покраснению добавились гнойные выделения.

В стремлении помочь Баэр с досадой распродал имущество и увёз сестру в столицу, где энсильские лекари боролись с конъюнктивитом эссенцией из кордицепса и цараструса. Природной мощью грибов и корнеплодов, опустошавшей кошелёк со скоростью ветра, удалось вылечить лишь один глаз. Второй же, сильно запущенный, рекомендовали удалить, чтобы инфекция не вернулась на чудом отвоёванные территории. День на раздумья. Надежды не осталось. Не желая видеть, как Вильда плачет, угрюмый Баэр побрёл в таверну, как следует накидаться. Там-то к нему и подошла незнакомка в капюшоне. Загадочно улыбнулась и предложила помощь — уже к утру дымчатые глаза сестры сияли от счастья, а лекари недоумённо чесали затылки.