– Кхм, – я прочистила горло и тут же пожалела, так как несколько десятков красных глазок в ту же секунду посмотрели в мою сторону, будто ожидая указаний. – Приду, как закончите, – пискнула я, стараясь не грохнуться в обморок, и тут же выскочила из комнаты, надеясь не встретиться там лицом к лицу с подозрительным Фернисом.
– Где ж я так согрешила… – Я обхватила себя руками и поежилась, стараясь выкинуть страшную картину из головы. Потопталась на месте, как бедный родственник, с опаской смотря на дверь, а потом двинулась по коридору. В сторону, противоположную той, что выбрал Фернис.
Теперь единственное темное место в этом замке – моя комната. А свет я любила… Здесь он был везде: мерцал в цветах в белоснежных горшках вдоль сияющих стен, отражался от полупрозрачных одеяний слуг, переливался в картинных рамах даже в этом маленьком коридорчике. И наверняка заполнил бы темное сердце Мориэллы, будь она сейчас здесь. Мое точно наполнялось светом.
Оглядывая замок, я несколько раз встретила его обитателей. Два взрослых мужчины и женщина с корзиной фруктов. И никто не был рад этой встрече. Теперь я чувствовала себя не только чужой здесь, но еще и прокаженной. Их лучащиеся счастьем лица потухали, улыбка увядала на глазах, стоило лишь попасться им на глаза. Как оставленные без солнца подсолнухи. И я надвигалась в их сторону мерзкой грозовой тучей, укравшей последний лучик.
Я вжимала голову в плечи каждый раз, стоило столкнуться с кем-то. А когда на пути замаячила очередная фигура в голубом платье – просто юркнула в первый же проход слева и свернула к цветочной оранжерее.
– Ух ты, – невольно сорвалось с моих губ, когда я оказалась под навесом из плетущихся темно-синих роз. Он выглядел на целую тонну и по всем законам жанра просто обязан был свалиться на голову злой ведьме и придавить ее под своим весом. Такими хлипкими казались золотистые веревочки, тянущиеся от стен и сдерживающие под собой эту махину из переплетенных цветов. – Как краси…
– Агрх! – Вскрик, полный отчаяния и боли, заставил меня замолчать на полуслове и отвлечься от созерцания цветов. Садовник, что ли, порезался… Но крики продолжались. Глухие, словно их пытались заглушить, но даже так они заставляли кровь стыть в жилах.
Теперь я уже не могла вернуться обратно в коридор. Меня тянуло в глубь оранжереи, несмотря на то что пришлось продираться сквозь заросли с острыми шипами цветов, которые превращали рукава платья Мориэллы и ее перчатки в рвань.
Глава 7 Боль в цветочном саду
Парень стоял на коленях, прислоняя лоб и руки к холодной стене, и рычал сквозь стиснутые зубы. Губы его были искусаны в кровь, рядом валялись смятая рубашка и кольцо без сердцевины в крошке рассыпавшегося желтого камня – гелиодора. Его словно раздробили кувалдой и оставили на полу в надежде, что остатки разнесет ветер.