Смолкли плачь и мольбы, едва богиня взмахнула своею рукой. Обернулся платок белый, что из руки сына ее выпал, вокруг головы его, залепляя рот. И больше криков и слов прощения не слышала Цилия, оскорбляли они ее материнское сердце, сына лишившееся.
– Будешь вечно ты видеть, что натворил, Алькор, и страдать вместе со мной. Нет тебе прощения.
И вознесла она второго сына своего вверх, но не силой божественной одаряя, а пленяя в полотне неба. Теперь вечность он будет спутником Мицара, и гореть будет душа его за злодеяние его и светить в пустоте.
Долго была безутешна богиня, не могла смотреть она на сыновей своих в небесах. Знала она, что любовь к людям ослепила ее, да не разглядела чувств детей собственных. И покинула она Сферу свою, бежав от воспоминаний и вины. С тех пор не отзывается она на молитвы, к ней обращенные, да не принимает дары, в храмы ее принесенные, но вечно люди будут помнить о жертве ее и сыновей.
Теперь у Сферы одна богиня-покровительница, а сестра ее отдается печали и страданиям в Цитадели Бескрайней, нет больше в ее сердце любви, лишь скорбь и вина.
Глава 29 Песнь лжеца
– Вот так, – закончила Диана, мерно покачиваясь и перекатываясь с пятки на носок. – В ослепительно-белом свете большого Мицара не видно второй звезды, маленькой, но иногда сферийцы могут видеть возле него изумрудную точку. Возможно, это Алькор до сих пор разрезает полотно неба вместе с братом, но многие его позабыли. А может, мать их уже не таит обиду и простила оступившегося сына. И он покинул Мицара тысячи лет назад, чтобы найти свое место в вечности, – она улыбнулась. – Мне иногда жаль его. Сфера несправедливо носит название Трех Звезд.
– Ты так много знаешь, – сказала я, внимательно смотря на девочку. – И рассказчица хорошая. У тебя, наверное, много друзей.
– Удивить этой легендой в нашем мире можно, пожалуй, разве что только вас, госпожа ведьма. – Слепая девочка беспечно пожала плечами, отправив мне очередной укольчик, и я нахохлилась.
Да не местная я, не местная, а вовсе не глупая! Я едва успела зажать себе рот ладонью, чтобы не начать оправдываться. Лучше уж пусть она считает меня недалекой, чем кот снесет мне голову.
– Теперь я знаю чуть больше, – улыбнулась я. – И к тому же, – добавила, чуть подумав, – в моем мире звезды тоже умирали, чтобы дать нам шанс родиться.
Диана хотела что-то сказать, когда на нас с ней обрушился громкий визг. Она, больше восприимчивая к звукам, зажала уши ладонями. И я вскочила на ноги, чтобы встретиться лицом к лицу с кричащей женщиной: она запыхалась, подбегая к нам, и сразу же дернула девочку за руку, заставляя ее испуганно завопить.