— Рад приветствовать Ваше Высочество в своём доме, — с достоинством поклонился Николаю этот шотландец.

— А уж как я рад приветствовать Вас, в Вашем доме, сэр!- с юношеской горячностью воскликнул Николай, бросившись к хозяину и обняв его за плечи.- Воистину, я счастлив узреть великого человека, подарившего человечеству власть над природой!

— Вы слишком преувеличиваете мои заслуги. Всё, чего я добился — это лишь немного усовершенствовал чужие изобретения, — сыграл смущение старик. Но было видно, что он польщён.

— Не спорьте — нам, молодым, которым предстоит жить в мире, изменённом вашими изобретениями — лучше видно чего вы достигли!- не согласился с ним Великий князь. А Даниил стоял и во все глаза смотрел на человека, который, фактически запустил промышленную революцию в мире. Не он один, конечно… но в глазах бывшего майора именно он внёс наиболее значимый вклад. Именно после его усовершенствований паровая машина превратилась в двигатель паровозов, пароходов, оторвала заводы и фабрики от водяного колеса и позволила шахтам и рудникам углубиться на ранее немыслимые горизонты, не опасаясь неминуемых затоплений… Его звали Джеймс Уатт.

В Бирмингеме они провели неделю. И большая часть этого времени была посвящена беседам с легендарным изобретателем. Николай реально увлекся этим невероятным человеком! Да что там Николай, Даниил, не смотря на весь свой опыт прошлый жизни — тоже восхищался этим человеком. Сейчас ему было семьдесят восемь — очень солидный возраст даже по меркам будущего, но он не сидел у камина, укутанный в плед, а продолжал активно трудиться. Например, сейчас он был увлечен конструированием машины… для копирования скульптурных изображений! Где паровые машины — а где скульптуры? И, что самое удивительное — у него всё получилось!

Когда они уже покидали Бирмингем и заехали попрощаться — Уатт подвёл Великого князя к окну и указал на стоящую на улице телегу.

— Вот. Я решил подарить её вам.

— Что это?

— Это моё последнее изобретение — та самая машина для копирования скульптурных изображений.

— Но-о-о…

— Не спорьте, Ваше Высочество — я так решил. За время наших бесед, я убедился, что вы — человек, прекрасно осознающий последствия освоения энергии пара и механических станков для человеческой цивилизации. И этим подарком я заявляю всем, что всячески поддерживаю вас в этом деле. Будете вы как-то использовать это моё изобретение или нет — ваше дело, но я счёл для себя правильным сделать именно так.

После Бирмингема их маршрут резко поменялся. Потому что из разговоров с Уаттом выяснилось, что совсем рядом — всего в тридцати милях от Бирмингема, на Колбрукдейлских копях уже более десяти лет трудится паровоз конструкции некоего Ричарда Тревитика. Кто это такой — Даниил не помнил. А, может быть, и никогда не знал — не факт, что Усман вообще о нём рассказывал.