После чего началась работа над детальной проработкой проекта, вследствие чего он начал регулярно появляться в Петербурге у Тревитика, и никаких вопросов при этом к нему более не возникало. Впрочем, возможно, дело было ещё и в том, что все были заняты подготовкой свадьбы самой младшей из сестёр — Анны с наследником короля Нидерландов, который прибыл в Петербург в январе 1816. Так что всему императорскому семейству со всеми присными было не до него. Ну, кроме Мишки. Но и он так же был задействован в свадебных торжествах.

В апреле Данька нашёл ещё одного химика в свою лабораторию. Ну как в лабораторию… Алексей Гаврилович Волков был адъюнктом по химии Петербургской академии наук. Правда, уже в отставке. И поэтом. Вот такие здесь были химики… Так что Даниилу о нём рассказал Саша Пушкин.

Поначалу Волков категорически отказался присоединяться и в чём-то участвовать — отговаривался возрастом, слабым здоровьем, но когда посмотрел всё те же акварели и послушал воодушевляющую речь бывшего трубочиста, нехотя согласился приехать и посмотреть какие у них там затруднения. Ненадолго. Один раз. А, приехав, походил по посёлку, поприсутствовал на занятиях в железнодорожном училище, зашёл не только в химическую, но и в гальваническую мастерскую, после чего согласился-таки «посотрудничать». В лаборатории он появлялся не чаще раза в неделю, но при этом даваемые им советы и выдвигаемые идеи оказались весьма ценными. Так что уплачиваемые деньги он отрабатывал в полном объёме. Всё-таки Клаусу пока явно не хватало не только образования, но и опыта. Он был ещё в начале пути.

Так что к возвращению Николая, которого и Данька, и Михаил ждали с большим нетерпением, вопросы с химией, в пул которых входила и пропитка шпал, и смазочные материалы, и пропитка для брезента, были либо решены, либо находились в процессе решения.

В Сусарах Николай появился на третий день после приезда. То есть, даже особенно не отдохнув после возвращения. Облапил Даниила, с порога заявил ему:

— Рельсы будут. Первую партию уже катают. Хотя брака пока много, но обещают наладить дело. Есть там один мастеровой — Ефим Черепанов, он пару лет назад на Нижне-Турьинском заводе листокатальные станы наладил. Так вот он и рельсокатальный сделал. Под твой профиль. Уже к июню обещают сделать тысяч десять пудов рельс, а к концу навигации — не менее сорока.

Даниил задумался. Нарисованный им профиль был под узкоколейный рельс типа Р24, способный с хорошим запасом выдержать нагрузку 5 тонн на ось. В принципе под такую нагрузку хватило бы и Р18, но он не знал уровень качества здешнего металла. Поэтому решил взять Р24. Пятьдесят тысяч пудов рельс это…. Чёрт! Не то, что до Гатчины — даже до Царского села не хватит! Там нужно не меньше шестидесяти пяти тысяч пудов. А до Гатчины вообще почти сто пятьдесят…